Проще говоря, в мечтах юной Келли безраздельно царил один человек — Таггарт Уорт. С ним для нее вставало солнце, с ним оно садилось за горизонт. Во сне и наяву она грезила о широкоплечем темноволосом юноше с красивым волевым лицом, словно выточенным античным ваятелем. Шесть месяцев назад, когда она вернулась домой из Бостона, чтобы ухаживать за отцом после сразившего его сердечного приступа, ничего в ее отношении к Таггу не изменилось. Только теперь она стала взрослой и больше не прислушивалась к мнению отца…

— Да, — ответил на ее вопрос Тагг, — я, если честно, думал о тебе. — Немного помявшись, он добавил: — Прости меня за то, что произошло в Рино. Это… не должно было случиться. Я не привык так поступать с женщинами.

Зародившаяся было надежда угасла в ее глазах. Уж она-то никогда не станет сожалеть о той ночи. А он… Он просит прощения?

Келли гордо вскинула голову и посмотрела Таггу в глаза:

— Ну, ты же не просто исчез, а оставил мне записку.

— Но я должен был дождаться твоего пробуждения и все объяснить лично, — нахмурился Тагг.

— Да ничего не нужно было объяснять, Тагг. Мы оба получили то, чего хотели. — Поймав недоверчивый взгляд Тагга, Келли повернулась к кобыле. — Смотри, как она тяжело дышит. — И, взяв лошадь под уздцы, она повела ее к конюшне, нежно приговаривая: — Пойдем, девочка, здесь слишком жарко.

Пожав плечами, Тагг последовал за ними.

Келли с удовольствием вдохнула знакомый с детства запах соломы, овса и опилок. Пока она освобождала лошадь от уздечки, Тагг начал снимать седло, угрюмо поглядывая на девушку.

— Послушай, тебе вовсе не обязательно заниматься этим, — проворчал он.

— Ерунда, ухаживать за такой красавицей мне только в радость. Я ведь тоже выросла на ранчо, как и ты, — напомнила ему Келли. — Не забывай об этом.

— Да уж, — скривился Тагг, — такое соседство не забывается. Наш главный конкурент — прямо у нас под боком!

— Так вот в чем проблема, — усмехнулась Келли, подавая ему скребок. — Все дело в том, что я дочь Большого Ястреба?

На мгновение их пальцы соприкоснулись, и в глазах Тагга вспыхнула искорка, но ответил он сразу и очень твердо:

— Нет. И все же ты заслужила от меня большего, чем просто записка.

И он принялся чистить скребком лоснящуюся спину лошади.

— Брось, Тагг, я знала, на что шла. И вообще, все было… прекрасно, ты не находишь?

Тагг повернулся к ней и посмотрел тяжелым взглядом:

— Нахожу. Но больше это не повторится.

— А я и не настаиваю, — быстро проговорила Келли, гордо вздернув подбородок. — И чтобы не держать тебя больше в напряжении, скажу, зачем приехала сюда. Думаю, тебе лучше узнать это от меня, чем от своего брата. Отныне ты будешь достаточно часто видеть меня на ранчо Уортов. Дело в том, что я добровольно вызвалась помогать в «Песне Пенни». Я считаю это достойным занятием и с нетерпением жду, когда смогу приступить к работе с детишками.

— Ты?!

Тагг выругался сквозь зубы. Келли Салливан была последним человеком, которого он хотел бы видеть на земле Уортов. А теперь она собирается все время маячить у него перед глазами. Тагг постоянно думал о ней, вернувшись из Рино, вспоминал ту знойную ночь и ее прекрасное тело, распростертое на смятых простынях. Когда сегодня он увидел Келли у своего дома, то почувствовал, что сердце вот-вот вырвется из груди.

— Да, я.

— Но почему?

— Я дипломированный психолог и очень люблю детей. Я знаю, что могу внести свой вклад в деятельность центра реабилитации. И Клей считает, что у меня все получится.

Клей? Что ж, придется ему по-мужски поговорить со своим братом и объяснить, что от кандидатуры Келли придется отказаться. И вовсе не потому, что они упустили выгодную сделку из-за прыткого Хокинса Салливана. Тагг не желал подвергать себя ежедневному искушению попасть под чары обольстительной Келли.

Однако… что он скажет своему брату? Тагг с досадой тряхнул головой и принялся вновь чистить скребком лошадь. Клей понятия не имел о той страстной ночи, что они провели в Рино, а Тагг не собирался посвящать родственников в свои личные дела, хотя они и лезли к нему с расспросами и участием.

— Хорошо. Спасибо, что сказала мне о своих намерениях.

— Твой брат молодец, такая благотворительность идет на пользу людям.

— Угу.

— Я попросила Клея забыть о том, что я дочь Большого Ястреба, — добавила Келли. — Единственная моя цель — помочь центру в таком прекрасном начинании.

— Уверен, что он оценит твое рвение.

Отложив скребок, Тагг похлопал кобылу по лоснящейся шее, взял ведро и, наполнив его овсом, повернулся к лошади, чтобы задать ей корм, но при этом неловко задел плечом Келли. Уловив аромат ее духов, снова подумал о той ночи безумной страсти.