— Aгe дали новое имя, мой государь, — продолжал туман-баши. — Ее будут называть Hyp Джахан — Свет Мира. Могол теперь известен как Джахангир — Покоритель Мира.

— Мой отец сошел с ума, — заявил Хусро. — Большую армию он собрал?

— Огромную! Во много раз больше нашей.

Хусро посмотрел на Уильяма.

— Почему он не выступает?

— Потому что знает: вам просто необходимо разбить его, — сказал Уильям. — Он Могол. А вы, до тех пор пока не победите, всего лишь мятежник.

— Но мне нужно больше людей, — сказал Хусро. — Мы останемся здесь, пока не наберем достаточное войско.

Блант вынужден был высказать свои сомнения.

— Мой государь, — доказывал он, — вы должны напасть на вашего отца сейчас, когда его авторитет еще невысок. Акбар убит. Меня могли бы обвинить в этом преступлении, но многие помнят, как Джахангир выступал против своего отца. Это было всего пять лет назад. Сейчас мало кто сомневается, что муж Нур-ун-Ниссы убит ради удовлетворения похоти Могола. Если вы смело выступите и объявите своего отца отцеубийцей, убийцей, а также вором чужих жен, то люди будут сражаться против вас с меньшей решительностью. Но с каждым днем власть Салима будет упрочняться все больше и больше, народ признает в нем своего хозяина. А тогда уж не имеет значения, какие преступления он мог совершить.

Хусро выслушал его молча. Но у Уильяма дрогнуло сердце, когда он понял, что молодой принц не готов принять его совет.

— То, что ты сказал, возможно и верно, Блант-бахадур, — наконец ответил Хусро. — Но вступать в бой при соотношении два к одному было бы самоубийством. Мы сначала усилим нашу армию.

Уильям сразу понял, что Хусро вовсе не предназначен стать перевоплощением Акбара. Момент был упущен.

Разбитый на берегу Сэтлиджа лагерь принял вид постоянного. Тавачи разослали в разные стороны поднимать жителей холмов сражаться за принца. Как обычно, женщины и торговцы собрались вокруг лагеря. Появился базар. И вскоре стало трудно отличить солдата от торговца.

Уильям отчаялся. Он уже предвидел катастрофу, глядевшую прямо им в лицо, но никак не мог предотвратить ее. Ему не хватало опыта и авторитета.

Хусро же казался вполне довольным. Он часто проводил военные учения, разрабатывал тактические планы своего решающего наступления, развертывая воображаемые войска, которых у него еще не было. Но даже он забеспокоился, когда сообщили, что ночью целый полк ушел к Салиму. Минг-баши притащили к нему.

— Как это могло случиться? — потребовал ответа принц.

— Они были подкуплены, мой государь, — возмущался полковник. — Люди приходили под видом купцов, но это были агенты, посланные Моголом уговорить моих солдат. Они внушали людям, что Могол не собирается воевать с сыном, а хочет только арестовать убийцу своего отца.

Хурсо нахмурился.

— Так называемый Могол и есть настоящий убийца Акбара.

Минг-баши бросил взгляд на Бланта.

— Могол отрицает это, мой государь. Он говорит, что в ту роковую ночь, когда он покидал отца, тот был еще жив, и считает убийцей Блант-бахадура, который бежал из Агры, распространяя слухи, будто это сделал Салим.

Уильям почувствовал, что его мышцы напряглись, когда он взглянул на принца.

— Ты лгал мне, Блант-бахадур? — спросил Хусро.

— Я никогда в жизни не лгал, мой господин, — ответил Уильям.

Хусро посмотрел на полковника.

— Твои люди поверили этой сплетне?

— Увы, да.

— Итак, они дезертировали к моему отцу. Другие последуют за ними, если те останутся без наказания. Блант-бахадур, я возлагаю эту задачу на тебя, ведь они и твои обвинители. Спеши!

Уильям отсалютовал и отправился выполнять поручение, но отчаяние его все росло. На каждого человека, которого он найдет и накажет, вскоре придется еще двое. И с каждым днем число их будет увеличиваться. Могол сражался в истинной манере своего отца, заслав во вражеский лагерь эмиссаров выполнять основную работу за него.

Уильям послал одного из своих тавачи обратно в Лахор.

— Найди Блант-агу, — поручил он ему, — скажи ей, что я велел передать всего одно слово: «Поезжайте». А теперь поспеши.

За следующие несколько дней еще несколько тысяч человек дезертировали. Стало ясно, что война заведомо проиграна. Джахангир был прекрасно осведомлен о происходящем, что подтверждали донесения разведчиков. Могольская армия начинает наступление. Несомненно, у Могола закончился медовый месяц.

— Что нам делать? — горестно спросил Хусро. Вся его бравада и мужество исчезли.

— Отступайте в Лахор, — предложил один из туман-баши. — Заставьте Могола прийти к нам туда.

— Можем ли мы отстоять город? Мы никогда не имели успеха при осаде города. К тому же мой отец продолжает склонять людей на свою сторону.

Уильям заметил:

— Вы можете сделать только одно, мой господин: выдайте меня отцу и помиритесь с ним.

— Ты можешь предложить что-нибудь другое, Блант-бахадур?

— Это единственная надежда избежать поражения.

Хусро долго размышлял. Несмотря на полный провал его руководства армией, он оставался порядочным человеком.