— Ты пришел посадить меня на кол, Блант-бахадур? — спросил он. — И без армии?

— Я ушел от Хему, — ответил ему Ричард. — Или, скорее, он бросил меня.

Сикандр нахмурил брови.

— Хему собрался повернуть историю вспять и назвать себя раджой.

— А ты хочешь защитить Дом Сура? — Сикандр посмотрел на Ричарда еще более удивленно. — Значит, ты пришел предложить мне трон?

— Я пришел предупредить тебя, Сикандр-шах. Я знаю, что, как только Хему мобилизует армию и склонит на свою сторону Мубариз-шаха, он организует поход против тебя.

Сикандр задумчиво погладил бороду.

— Ты разве не слышал этого от своих шпионов?

— Я слышал это, — подтвердил Сикандр, — и поэтому спрашиваю: вы пришли сюда, чтобы сражаться за меня, Блант-бахадур?

— Я не верю, что вы можете потерпеть поражение от Хему, Сикандр-шах. Нет, я направляюсь в Кабул.

— Вы собираетесь поднять моголов против меня? Этого я не допущу.

— Послушайте меня, Сикандр-шах: Хему куда больший наш враг, чем Хумаюн. Однажды Хему падет, Хумаюн сможет получить свой трон обратно и наверняка подтвердит ваше право на Пенджаб. Разве вы можете желать большего?

Пальцы Сикандра снова потянулись к бороде.

— А я сам не могу претендовать на делийский трон?

— Вы?

Сикандр засмеялся.

— Вы отлично знаете, что это не под силу одному человеку. — Он задумался. — Мне по крайней мере. Я афганец, и здесь, в горах, мой народ. Я всегда считал, что у моего дяди чрезмерные амбиции. И не хочу править многонациональным государством.

— Даже здесь ваша власть ненадежна. Вы окружены враждебными силами. Моголы на севере, Хему на юго-востоке. Даже выжившим членам вашего семейства нельзя полностью доверять. Неужели вы надеетесь, что Мубариз-шах, сохранив свою власть, не попытается покорить вас? Как вы думаете удержаться в окружении стольких недругов? Не будет ли лучше заключить союз с одним человеком, которому вы бы верили?

Не в первый раз Ричард блефовал, играя на человеческой жадности и желании выжить или удержать то, что уже имеется.

Ведь Сикандру было так легко отослать их головы Хему в знак примирения.

Сикандр, немного подумав, кивнул.

— Поезжай к Моголу. — Он посмотрел за спину Ричарда, на женщин. — Твоя жена, дочь и сын останутся здесь до твоего возвращения с ответом Хумаюна. — Сикандр поднял палец, предупреждая протест Ричарда. — Они будут в безопасности, клянусь Пророком. — Он засмеялся. — До тех пор, пока ты не предашь меня.

Питер был потрясен.

— А если, предположим, Хумаюн встретит нас плохо? — спросил он.

— Тогда мы будем вынуждены вернуться и сражаться с Сикандром.

— Скажи мне, — поинтересовался Питер, — неужели вся жизнь на Востоке была прожита тобой на такой зыбкой почве?

— Повсюду жизнь такова, если находишься плечо к плечу с королями и принцами, — сказал Ричард. — Признайся, разве наш король не рубит головы в минуты неудовольствия? И помни: ты сам захотел ехать сюда.

Питер пристально посмотрел на него и ухмыльнулся:

— Еще месяц назад я надеялся здесь преуспеть.

Затем был Хайдабар, спешный переход до Кабула, чтобы успеть до первого снега пройти перевалы.

Они путешествовали под защитой Сикандр-шаха до самой границы с моголами. Но Ричард решил, что будет лучше скинуть свои пышные одежды и переодеться в национальную одежду патанов, чтобы избежать столкновений с горными племенами, для которых даже Сикандр-шах был весьма призрачным авторитетом. Это дало свои результаты — на них не обращали внимания.

Но им пришлось преодолеть и много других препятствий. Даже снег выпал раньше обычного. А потому только, в середине декабря они предстали перед Хумаюном.

— Блант-бахадур! — Хумаюн, казалось, был рад видеть Ричарда. Он немного постарел, но здоровье его, похоже, заметно улучшилось, он стал выглядеть солиднее. Ричард прикинул, что ему сейчас около сорока.

Братьев Хумаюна видно не было, но рядом стоял явно его сын. Ричард удивился: неужели это тот самый хилый мальчик, которому дали удивительное имя Акбар, и решил — такого не могло быть. Акбар только родился, когда он в последний раз был в Кабуле, значит, около семи лет тому назад. Этому же мальчику было лет пятнадцать, не меньше.

— Это мой сын, — пояснил Хумаюн, поймав любопытный взгляд Ричарда. — Его зовут Мирза Мухаммед.

Ричард понял: это сын одной из наложниц.

— Будь благословен, — сказал он. — А господин Камран?

Хумаюн нахмурился.

— Не говори мне об этом негодяе. Он восстал против меня, желая отнять мой трон, и сейчас скрывается где-то в горах. Если он вернется, я отрублю ему голову. Ну а как ты, Блант-бахадур? Сначала я слышал, будто ты умер. Затем узнал, что ты вернулся без армии. Потом дошел слух, что ты сборщик налогов у Ислам-шаха... а сейчас стоишь передо мной как патанский бандит. Чем объяснить все это?