Второй группой людей, с которыми Егор общался больше, чем с остальными, были бойцы штурмовых подразделений. Как выяснилось, после школы штрафроты, только они могли составлять молодому офицеру достойную конкуренцию в рукопашном бою, а в плане фехтования Белецкий оказался и вовсе вне конкуренции. Раньше его бы это порадовало, но сейчас он только переживал, что без достойных соперников потеряет форму.

В полную силу здесь можно было бы потренироваться разве что с Вейтангуром, но тот пока не подавал признаков жизни заряжался. Егор надеялся, что меч зарядится быстрее, чем в прошлый раз. Всё же тогда пришлось начинать с состояния полной разрядки, а сейчас чтото в накопителе да осталось после схватки на борту 'Спрута'. С другой стороны, военный транспорт был быстрее 'Змееежа', и мог успеть прибыть к месту назначения до того, как меч зарядится. А будет на новом месте службы время для тренировок в фехтовании, молодой человек не знал. По идее, должно бы было быть, но в последнее время Белецкий стал пессимистом, и во всём предполагал худшие варианты.

График Егора на корабле несколько отличался от графика остальных пилотов. Вопервых, тренировки на имитаторах проходили в стандартном режиме только при отработке действий в группе и при боях 'один на один'. Всё остальное время Белецкий тренировался по программе, начатой ещё на Земле. Совместно с Пантелеем, в каюте которого была установлена 'приставка' к тренажёру.

Кроме того, напарники периодически выходили на внешнюю обшивку. Естественно, в строгом секрете от остальных.

Дело в том, что любой имперский корабль (как и корабль Союза) в ходе полёта занимался ещё и постановкой объёмов из миниразведзондов и зондовретрансляторов, которые должны были собирать и передавать информацию о перемещениях вражеских флотов.

Вот этито зонды и выполняли теперь роль тележек в подземных тоннелях. Пантелей должен был, насколько мог, отслеживать их полёт, а Егор передавать управляющие сигналы. Прогресс действительно наблюдался, как и обещал тот тип с подземной базы. Но нельзя сказать, что увеличение 'дальности действия' парочки было таким уж впечатляющим. Пока для гарантированного поражения цели надо было приблизиться к ней по космическим меркам чуть ли не на расстояние вытянутой руки. Оставалось только надеяться, что те, кто затеял этот эксперимент, знали, что делают.

Дополнительной головной болью в ходе полёта стало для Егора общение с Еленой. Как бы с одной стороны произошедшее обязывало, с другой общих тем для разговора ввиду краткости знакомства не было, да и с чувствами своими молодой человек до сих пор не разобрался. Поэтому связался он с ней только один раз после старта транспортника, и сообщил, что отбыл с Земли. После чего ограничился периодической отправкой на адрес девушки 'живздорова'. Елена, судя по всему, тоже не слишком рвалась общаться. Её сообщения тоже были лаконичны, и ограничивались информацией, что с отправителем всё нормально.

Глава 11

Групповые мероприятия на транспортнике не ограничивались боевой подготовкой. Молодому пилоту приходилось посещать ещё и обязательные в вооружённых силах общие политзанятия и богослужения. Раньше бы Егор на них, точнее, на их наличие, и вниманиято не обращал: до попадания в штрафроту всё это воспринималось Белецким, как вполне естественные и неизбежно происходящие с определённой периодичностью события, такие, как, например, восход и заход солнца.

Но после пребывания в штрафроте, где вследствие крайней интенсивности боевой учёбы всё лишнее из учебной программы, да и из изрядно сокращённого личного времени было выброшено, Егор стал относиться к происходящему вокруг несколько поиному. И если воскресные богослужения, проводившиеся для офицеров в каюткомпании, а для младшего командного состава и рядовых в спортзале, не вызывали у него особого отторжения, то политзанятия, на которых в военнослужащих должны были воспитываться патриотизм и лояльность Империи, начали сильно раздражать. Какой смысл в бесконечном повторении и обыгрывании впитанных ещё на школьной скамье знаний и норм поведения? Или хотя бы почему это обязательно надо делать, собравшись вместе физически, когда современная техника позволяет проводить виртуальные видеоконференции?

Будучи штрафником, Егор жаждал возвращения к 'нормальной' жизни. И вот его мечты вроде бы сбылись. Вот только представления о 'нормальности' и 'ненормальности', как оказалось, изменились. И сильно.

Теперь молодой пилот мечтал поскорее прибыть в часть, где ему предстояло проходить дальнейшую службу. Она, судя по всему, должна была находиться в ведении СИБ, а Имперская Безопасность, как уже успел убедиться Егор, во имя повышения эффективности готова была отказаться от некоторых традиций, которые в войсках считались незыблемыми.

Однако каким бы ни был быстрым транспортник, до места назначения лететь было далеко, а следовательно, долго. Так что политзанятия приходилось терпеть, хотя лично Егор считал, что это время лучше бы уделить тренажёрам. Хорошо хоть, офицеров подвергали политическим пыткам не два раза в неделю, как рядовых, а всего лишь раз в две недели.

Очевидно, какаято часть мыслей Егора по поводу мероприятия, на котором он присутствует, отразилась на его лице на первых же политзанятиях. Что не ускользнуло от проводившего занятия заместителя командира по политической части с эсминца 'Стерегущий'.