С этими словами барон отключил связь, а Белецкий полез в шкаф за парадкой.

Да, несовершенные вы, люди, создания... вздохнул Пантелей. То оденься, то разденься... Причём в одной ситуации одно надень, в другой другое... То ли дело мы...

Ну да: рыси венец природы. Венцы... Кстати, о венцах: у тебя запись со свадьбы есть? поинтересовался Егор, надевая рубашку.

А как же, лови!

Белецкий открыл файл и опустился на кровать.

Ммм? Ааа? промычал он, одной рукой хватая себя за шею, а второй делая пассы над головой.

Нравится?

Я угадал... наконец обрёл дар речи Егор. Галстук... Фата...

Ну и что? возмутился Пантелей. Есть какойнибудь закон, по которому рысь не может одеть на свадьбу галстукбабочку? Особенно если невеста просит. А фата... Каждая женщина мечтает хоть раз в жизни надеть фату. Даже если она это горячо отрицает... Так что если не хочешь, чтобы жена тебя потом пилила всю вашу совместную жизнь, советую на будущее залезь в долги, но свадьбу сыграй такую, чтобы потом всю жизнь вспоминать.

Спасибо, я подумаю, Егор закрыл фотографию с рысями, похожими на большие плюшевые игрушки, 'приодетые' их хозяином ребёнком, и улыбнулся. Странные вы, конечно, рыси, создания... в одной ситуации одно надень, в другой другое...

Так, закрыли тему, фыркнул рысь. Тем более, что 'другой ситуации' не будет.

Не зарекайся. Оно так всегда: начинается с 'бабочки', а потом глядишь фрак, штаны... А там и бриться начнёшь... Всёвсё!... Молчу! И не подходи! Помнёшь мою парадную форму вообще никуда не пойдём!

Сборы не заняли много времени, и вскоре друзья уже шагали по привычной зелёной линии к выходу из базы. Дорога до парка заняла около получаса. Причём весь путь был проделан под землёй, так что, выйдя из вагончика подземного такси, или, по крайней мере, выглядевшего, как подземное такси, человек и рысь сразу оказались у лифта, ведущего в одно из служебных помещений парка.

...Вообще, когда Белецкий попадал в Центральный Парк, он всегда удивлялся почему 'это' называется парком. Скорее царство дикой природы, раскинувшееся на площади нескольких гектаров, надо было назвать лесом. Или джунглями. Столица была расположена недалеко от экватора, и буйная растительность парка была характерна как раз для джунглей. Хотя имелись здесь и уголки, оформленные под другие климатические пояса. Причём в них поддерживался и соответствующий климат. Но друзья попали именно в сектор джунглей.

Егор глубоко вдохнул напоенный южными ароматами воздух... Пение птиц, крики какихто животных... Настоящих, между прочим. Конечно, с контролирующими поведение имплантами. А самые опасные так вообще за силовыми барьерами. Права животных правами животных, а жизнь людей никто подвергать опасности не собирался.

Белецкий поймал себя на мысли, что почти забыл, как это никуда не торопясь, гулять под открытым небом среди настоящих деревьев. То есть помнитьто он помнил, но так, как будто это всё происходило не с ним, а видел он это во сне или в кино...

Пока Егор наслаждался свежим воздухом и окружающим пейзажем, Пантелей рванул в ближайшие кусты, только его и видели. И слышали. Из кустов не доносилось ни шороха, только по мыслесвязи иногда доносились восторженные вопли. Рысь чувствовал себя, как дома.

Белецкий обернулся. Оказалось, они с Пантелеем вышли на белый свет из служебного помещения парка, оформленного, как заброшенная хижина. Судя по указателю на стене, тут же находился вход в бомбоубежище. Вид указателя отрезвил молодого офицера. Какой бы идиллической не казалась окружающая обстановка, тишину в любой момент мог прорезать сигнал воздушной тревоги. И тогда каждый подданный Империи должен был сломя голову мчаться к ближайшему бомбоубежищу. Далеко бежать было не надо: большие и маленькие убежища были густо натыканы под поверхностью планеты.

Пока тревоги были исключительно учебными. Но так как за медлительность даже при учебной тревоге полагалось серьёзное наказание (и, что немаловажно, неотвратимое) уклоняющихся было мало. Даже очень мало.

Лейтенант вздохнул, и, отвернувшись от указателя, рядом с которым в стену был вмонтирован стационарный дозиметр, не торопясь зашагал по одной из едва заметных дорожек, которыми был прорезан весь парк. Заблудиться он не боялся встроенный в комм маршрутизатор подсказал бы выход из любого лабиринта.

Сверху послышались звуки смеха и музыки. На парк упала тень. Егор задрал голову: вверху, на небольшой высоте неторопливо проплывал малый круизный летающий остров.

'Малый' то он 'малый'... Но всё в мире относительно. Тень закрывала солнце примерно минуту. А скорость острова составляла километров десять в час. Так что габариты парящего в воздухе диска были немаленькими. Особенно если учесть, что над Белецким он прошёл краем.

Видал? спросил Егор у Пантелея по мыслесвязи, когда небесный объект скрылся из виду.