– Краснов? – удивленно спросил Бо. – Это разве не тот генерал, который…

– Умер? Тот самый, и я не сошел с ума. – Клозе правильно расшифровал выражение лица Бо. – Он не погиб, а только серьезно пострадал во время теракта в Лувре и некоторое время проходил процедуры медицинского восстановления. Теперь он снова в строю.

Бо был первым человеком, которому Клозе лично скормил официальную версию возвращения генерала Краснова. Бо версию проглотил и не поморщился. Впрочем, это не показатель. Во всем, что не касается физики, Вайсберг доверчив, аки дитя.

Для охраны и связи с дворцом Клозе приставил к ученому офицера ВКС, без дела болтавшегося при командном пункте.

Был он там чей-то адъютант, босса его прихлопнули во время переворота, вполне возможно, что по ошибке, и Краснов признал парня абсолютно благонадежным. Молодой лейтенант оказался не в восторге от того, что его приставили нянькой к еще более молодому ученому, но выбора у него не оставалось. Старая добрая командная цепочка снова работала, и на этот раз Клозе оказался на самой ее вершине.

Вид оттуда открывался куда более впечатляющий, чем снизу.

Как только Тиран сплавил ученого, на связь вышел генерал Краснов.

– Рад доложить, что я снова контролирую Управление, сыно… сэр, – доложил он.

– Чудесно. Как парни скушали ваше возвращение?

– Без особого удовольствия, но выражали они его исключительно в душе. Слишком хорошо помнят, какая я сволочь.

– Сочувствую им. В ближайшее время возникнут какие-нибудь проблемы, о которых мне надо знать заранее?

– Если и возникнут, то не по моему ведомству. Через час я встречаюсь с представителями обеих палат парламента сразу, чтобы объяснить им новую политику партии.

– Каков прогноз?

– Нижняя палата примет вас без всяких проблем, сэр. Верхняя поупирается, но скорее для вида. Они вольготно чувствовали себя при Викторе, но уже Юлий их зажал, а Рокуэлл так вообще загнал в угол. Проблем не будет, по крайней мере до конца войны. Эти ребята хорошо понимают, чего ждут от законодательной власти в военное время.

Чтобы она сидела тихонько, притворившись мертвой, и по отмашке сверху утверждала нужные законы.

– Лорды тоже люди и тоже хотят жить, – продолжал Краснов. – Они знают расклад. Вы, сэр, гораздо предпочтительнее любого из дома Рокуэллов. В ваших военных талантах, по-моему, вообще никто не сомневается.

– И вы тоже?

– Конечно. Я же на твоей стороне.

– А что с доблестными представителями нашей экономики?

– Я рекомендовал бы вам отменить налог на нужды Церкви, введенный Рокуэллом, и они будут кипятком писать от радости, сэр. Олигархи – разумные люди, гораздо более разумные, чем лорды или члены палаты представителей. Если вам нужны будут деньги на войну, они их дадут. И даже не в качестве налога. Им просто не нравится нецелевое использование их фондов, сэр. А нужды Церкви они считали именно таковым.

– Рокуэлл забыл, что управляет светским государством, – вздохнул Клозе. – Церковь и правительство должны быть разделены.

– Рокуэлл много о чем забыл, – согласился Краснов. – У вас есть для меня какие-то конкретные поручения, сэр?

– Пока нет. Но в ближайшее время не отходите далеко от комма, на случай, если я что-нибудь вспомню.

– Я живу, чтобы служить, сэр.

Странно, подумал Клозе, почему его последняя фраза не кажется мне насмешкой?

– Добрый день, сэр.

– В Лондоне уже глубокая ночь, адмирал.

– У нас, в Генштабе, всегда день. Подобный распорядок символизирует, что ВКС находятся на своем посту круглосуточно.

– Моему чувству юмора надо проспать часов восемь, – признался Клозе. – А то я чувствую себя неадекватно. И не спрашивайте, неадекватно чему. Вообще неадекватно. В принципе.

– В таком случае настоятельно рекомендую вам отдохнуть, сэр.

– Сначала доложите мне, все ли спокойно.

– Вполне. Флот полностью в вашем распоряжении, сэр.

– Как настроения людей?

– От хорошего до восторженного, сэр. Люди любят, когда ими руководят профессионалы, и они весьма рады, что место верховного главнокомандующего занял не очередной штабной хлыщ, а настоящий боевой офицер. Самый боевой из всех, какие только есть.

– Ваша лесть приятна мне, адмирал. Особенно на контрасте с тем, что вы назвали себя штабным хлыщом.

– Был один неприятный инцидент, о котором вам необходимо знать, сэр. Боюсь, нам придется искать нового командующего Вторым флотом.