Казалось, что Милисента совсем не беспокоилась о куда-то пропавшей Листике, это вызывало удивление студентов и магистров Захаруса и Вайлента, ведь девочка была сестрой Милисенты и ту должно бы обеспокоить отсутствие Листика. А тут девушка даже не вспоминает о своей сестре, зато всё время проводит с этим дракончиком, весь день летает на нём, правда, летает по делам. А спят они тоже вместе, там, где застанет их ночь. Успокаивало магистров и студентов только то, что и Саманту и старого Гуго, капитана дрэгиской дружины, тоже не беспокоило исчезновение девочки. Видно они что-то знали, но делиться этим знанием с остальными, не спешили. А Милисента точно выводила поисковые партии на прятавшихся птаров, это тоже сначала вызывало удивление, а потом заметили, что Милисента и дракончик беседуют с лесными жителями из необычного народца. Стало понятно, откуда у Милисенты эти точные сведения о местах, где прячутся птары.

Когда всех птаров выловили, некоторых к удовольствию магистра Захаруса, взяли живьём, Милисента занялась хозяйственными делами. Она посетила, опять же слетав туда на дракончике, город гномов. Потом снарядила куда-то большой обоз. Когда её спросили куда, она ответила:

–  В проклятый лес, вернее лес который был проклятым, теперь он становится вполне обыкновенным. Необычный народец помогает его приводить в порядок, я разрешила им там селиться.

Эта оговорка сильно удивила слушавших её, ведь необычный народец не признавал власти людей и селился там, где хотел. Лесные представители необычного народца вообще очень редко имели дело с людьми. А тут необычный народец мало того, что активно помогал Милисенте в поисках птаров, так ещё и спрашивал разрешение, собираясь что-то сделать.

–  А зачем вы госпожа баронесса снарядили и отправили в этот лес своих людей?
– Спросил барон Крэгинс, он как раз заехал обсудить некоторые вопросы с баронессами Дрэгис.
– Ведь сейчас это совершенно дикое место, даже, несмотря на то, что оно теперь безопасно.

–  Вот для того чтобы это место стало не диким я и отправила туда своих людей и гномов. Гномы восстановят постоялый двор, а мои дружинники займутся проводкой караванов через лес, ведь этот путь гораздо короче, чем тот которым пользуются теперь. Но купеческим караванам надо обеспечить безопасность, и хотя в том лесу сейчас совершенно не опасно, сопровождение воинов будет не лишним.
– Ответила девушка.

–  Разумно, - согласился барон, - Но ведь эти земли вам, вернее вашей сестре не принадлежат. Значит, и пошлину за проезд через них вы не имеете права собирать. В чём же ваш интерес?

Милисента загадочно улыбнулась и ответила:

–  Через лес два дня пути, и ночёвка будет на восстановленном постоялом дворе, а этот двор сейчас не имеет хозяина, следовательно, его владельцем станет тот, кто его и восстановит. И если дорога будет безопасна, то караваны пойдут именно по ней, ведь, как вы верно заметили, барон, пошлину я брать там не могу, да и не собираюсь. Это в отличие от герцога Вэркуэлла, который за проход через свои земли пошлину берёт и не малую. А вот постоялый двор принесёт гораздо больший доход, чем я получила бы от взимания пошлины.

–  Умно!
– Одобрил барон, он если и завидовал, то самую малость, так как понимал, что у него не хватит ни людей, ни ресурсов чтоб осуществить такую операцию. Но в этом всём было одно но, и барон его высказал, - А вы, баронесса, не боитесь противодействия со стороны герцога Вэркуэлла? Ведь вы лишаете его очень неплохого источника доходов.

–  Пусть попробует, - усмехнулась Милисента, а барон Крэгинс покачал головой:

–  Но баронесса, я понимаю, что в военном отношении с вами сейчас трудно тягаться, даже герцогу, тем более что прошлую его попытку напасть на ваше баронство, вы отбили гораздо меньшими силами, чем есть у вас сейчас. Но он может подать жалобу в совет пэров, или королю!

–  Пусть попробует, - повторила Милисента. А барон спросил:

–  А где ваша младшая сестра? Я бы хотел выразить ей свою благодарность.

Милисента посмотрела в окно, там, на одном из дворов замка, золотисто-изумрудный дракончик надувала большой пузырь, играющий на солнце всеми цветами радуги. Вокруг собралась вся замковая ребятня, они с восторгом следили за действиями дракончика.

–  Вы знаете, барон, баронесса Листик сейчас очень занята, занята очень важными делами и она никак не сможет с вами встретиться.

Саманта, присутствующая в зале, тоже глянула в окно, чему-то усмехнулась и подтвердила слова Милисенты:

–  Да барон, дела настолько важные, что баронесса Листик никак не сможет от них оторваться!

Магистры Захарус и Вайлент, они тоже находились в этом зале, посмотрели в окно, но там кроме этого странного золотисто-изумрудного дракончика, стоящего на задних лапах и кучи детей никого не было. Для них осталось загадкой, как девушки определили, глядя на эти забавы дракончика, что младшая баронесса занимается важными делами именно в эту минуту. Магистр Захарус уже хотел, было спросить об этом Саманту, но тут в зал вошёл Гуго Норек, капитан дрэгиской дружины.

–  Мил, - как-то на взгляд барона Крэгинса, фамильярно обратился он к баронессе, - Там прибыли каких-то два хмыря, в сопровождении десятка вэркуэлловских дружинников, говорят, что они какая-то комиссия от палаты пэров. Гнать?

–  Подожди, Гуго, они назвали свои имена?
– Спросила Милисента.

–  Да, граф где Коньяк и маркиз Карапуз, - ответил капитан дрэгиской дружины.

–  Граф де Нариньяк и маркиз Игерос, - поправила Саманта, - Добрались-таки! И что они хотят?

–  Хотят видеть баронессу Дрэгис, владелицу замка. Так хотят, что очень пожрать требуют!