Первые пять минут разговор вертелся в основном вокруг темы: «А помнишь?» Потом Чарли-Лошадь ткнул в меня указательным пальцем и посмотрел на Джеки.

— Только не говори, что ты забыла нас ради этого парня Холмана! Чем это он лучше нас, если, конечно, не считать денег?

— Рик один из старых приятелей Кармен, — сказала она небрежно. — Она много рассказывала ему о том, как чудесно проводила время здесь, на Венеция-Бич, так что я пообещала ему когда-нибудь привести его сюда — и вот мы здесь!

— Кармен, — чирикнул Бурундук, — что-то я ее совсем не вижу в последнее время?

— Она рассталась с Россом Митфордом, — пояснил я. — А потом — сами знаете, как это бывает! Немного перехватила этого дела, и вот, пожалуйста, — теперь проходит курс лечения!

— Ох уж эти мне лайнеры, — вмешался Луи своим низким, рокочущим голосом. — Иногда они черт знает что вытворяют с нами! Мне кажется, что даже самое первое путешествие не обходится даром!

Я хохотал не менее пяти секунд, пока не сообразил, что смеюсь в полном одиночестве, потому что вся троица сидела с постными лицами, не спуская с меня удивленных глаз.

— Странное у вас чувство юмора, мистер Холман, — заметил Чарли-Лошадь. — Разве Луи сказал что-нибудь смешное?

— У Кармен, видно, была слабая голова. — Я старался держаться невозмутимо. — Луи верно подметил насчет океанских лайнеров: первое же путешествие оказалось для нее роковым. У нее что-то в мозгу перевернулось. — Я соединил перед собой руки лодочкой и резко сомкнул их. — Вот так!

— Ужасно, — печально прочирикал Бурундук. — Она в частной лечебнице?

— В самой лучшей, — ответил я. — Но она очень хочет только одного: чтобы Митфорд навестил ее, хотя бы один-единственный раз. Доктор говорит, что это могло бы ей помочь. — Я осторожно пожал плечами, изображая недоумение. — Наверное, Росс даже не знает, что с ней стряслось?

— У тебя сногсшибательный костюмчик, куколка! — Чарли-Лошадь погрузил свои пальцы в ложбинку возле ключицы Джеки и медленно провел рукой вниз, пока она наполовину не исчезла в глубоком кратере. — Ты всегда была презабавной штучкой — шикарная деваха, и все у тебя как надо и где надо! И ты мне по-прежнему нравишься, детка. Только вот что я тебе хочу сказать. Мне не нравится этот твой приятель, мистер Рокфеллер. Может быть, он и не шпик, но уж стукач-то наверняка! Ты можешь и не знать этого, Джеки-деточка. Но мы-то с друзьями — нас не проведешь! Мы таких просто нутром чуем!

— Чарли-Лошадь! — прощебетал Бурундук с укором. — Ну почему ты так говоришь? Что плохого в том, что этот мистер Рокфеллер спрашивает, где может быть Росс? Не забудь, что Кармен была отличной девчонкой, и очень скверно, что с ней такое приключилось! Он хочет, чтобы Росс ее навестил, — доктор же говорит, что ей это пойдет на пользу! И только поэтому ты считаешь его стукачом?

— Если бы Рик был стукачом, я бы никогда не привела его сюда. — Голос Джеки дрожал от холодной ярости. — И убери свои проклятые пальцы оттуда, куда ты их сунул, Чарли-Лошадь, пока я их тебе не откусила до самых костяшек!

Человечек отдернул руку, словно пальцы его дотронулись до чего-то раскаленного докрасна, и осторожно хихикнул.

— Вот это больше похоже на прежнюю Джеки! Помните тот вечер, когда мы все собрались в баре у Ренце и Мооз-Бык стал к ней приставать? Она просто-напросто схватила первую подвернувшуюся под руку бутылку и шарахнула его по башке! — Чарли восторженно закудахтал. — Ему наложили шесть швов в тот вечер, и с тех пор, стоит кому-нибудь поднять над столом бутылку, хотя бы в десяти футах от него, у Быка тотчас же начинается жуткая головная боль. Он мне сам в этом признавался!

Бурундук издал низкий жужжащий звук из самой глубины горла, но Чарли-Лошадь протестующим жестом поднял руку вверх.

— О’кей! О’кей! Раз эта цыпочка говорит, что мистер Рокфеллер — парень что надо, значит, так оно и есть.

— И, значит, мы ему скажем, где искать Росса? — настаивал Бурундук.

Толстые стекла очков Чарли-Лошади внезапно сверкнули. Их обладатель резко повернулся ко мне и несколько секунд пристально меня разглядывал.

— За деньги, — сказал он, наконец, вполне откровенно. — Мистер Рокфеллер, как видно, богат. За сотню баксов мы лично проводим его до двери дома, где живет Росс Митфорд. Идет, мистер Рокфеллер?

— Идет!

— Нет! — Эти слова прозвучали решительно и гулко, словно удар колокола.

— Что значит «нет»? — Бурундук сердито уставился на безжизненную физиономию ходячего трупа, сидевшего рядом с ним.

— У меня такое чувство относительно этого человека, — пояснил Луи, описав головой дугу не меньше чем в десять дюймов в моем направлении, — такое чувство, что с ним не все в порядке. Что-то здесь нечисто! Быть может, девушка и сама этого не знает!