— Где я была? — На смену облегчению пришла противоречивая смесь эмоций: страх перед тем, что Винсент собирается сказать после инцидента на приеме, раздражение его самонадеянным тоном, стыд из-за того, что сам звук его голоса привел ее в смятение. Наконец она пробормотала. — А тебе какое дело?

— Нора! — Девушка щелкнула выключателем на стене, и Винсент увидел ее опухшие глаза. — Я за тебя волновался, — признался он. — Нора промолчала. — Я тебя ждал, соседка впустила меня в дом.

— Неужели? — Ее сердце билось так сильно, что шумело в ушах. — И зачем же?

— Чтобы сказать, что ты победила, — просто ответил он. На узеньком пятачке лестничной площадки его крупная фигура выглядела еще более внушительно.

— Победила? — Нора застыла, непонимающе глядя на Винсента. — Что ты имеешь в виду?

— Я знаю, ты заслуживаешь большего, гораздо большего, но мое сердце принадлежит тебе. Ты завоевала его сразу же, как только я впервые тебя увидел.

— Винсент… — Нора почувствовала, что теряет связь с реальностью. — Не играй со мной.

— Играть? — взревел он, но тут же взял себя в руки. Он шагнул к Норе, но она попятилась к стене. — Так ты думаешь, я с тобой играю?

— Где она? — пролепетала Нора онемевшими губами. Девушка совсем растерялась: как же так, Винсент несколько дней не давал о себе знать, притащил на прием эту куклу… а теперь вдруг заявляет, что она покорила его сердце?

— Кто? Миранда? — Голос Винсента заметно смягчился. — Полагаю, преспокойно спит в кровати с собственным мужем. После того как ты… хм, разоблачила меня, я хотел тебя с ним познакомить, но ты исчезла.

— С ее мужем? — Боже правый, неужели она совершила глупейшую ошибку? Но брюнетка вела себя так откровенно, что не возникало никаких сомнений…

— Нора, я пришел на этот проклятый прием один, — терпеливо объяснил Винсент, — но оказался в компании с Мирандой и ее мужем.

— Но почему же она так на тебе висла? — ошеломленно спросила Нора.

— Миранда готова повиснуть на любом, у кого достаточно толстый кошелек, — мрачно заметил он. — За исключением собственного мужа, который, к сожалению, является моим другом. К сожалению, потому что мне поневоле приходится терпеливо сносить общество его жены.

— А я была с ней невежлива, — прошептала Нора.

— Да уж. — На губах Винсента промелькнуло слабое подобие улыбки. — Но она давно на это напрашивалась. К тому же ты была права: Миранда — как раз такая женщина, какой я заслуживаю. Да вот беда: я не хочу того, что заслуживаю, — не хочу с той самой минуты, как впервые увидел тебя, только мне не хватало храбрости признаться в этом самому себе, — уныло закончил он.

— Винсент…

— За последние несколько дней я настрадался больше, чем за все предыдущие годы, вместе взятые, но мне все равно не хватало мужества встать перед тобой на колени, благодарить за любовь и молить о прощении. Что власть, что деньги — без тебя все теряет смысл. А сегодня вечером я испугался, что навсегда оттолкнул тебя… Скажи, любимая, ты меня простишь?

В голосе Винсента звучала невыносимая мука. Нора всмотрелась в его лицо и вдруг увидела, что оно больше не напоминает маску: она могла читать его, как книгу…

— Винсент…

У нее вдруг ослабели колени, и она бы упала, но Винсент подхватил ее и осыпал поцелуями.

— Я люблю тебя, Нора, ты — женщина, о которой я мечтал. Поверь, я докажу тебе свою любовь, даже если на это уйдет вся моя жизнь, — шептал Винсент, но Нора едва слышала, потому что он перемежал свои слова обжигающими поцелуями, сводившими ее с ума. Винсент ласкал ее руками и губами, а она прижалась к его телу, тая в волнах жаркого наслаждения.

Прошло, наверное, несколько минут, прежде чем Нора наконец нашла в себе силы вырваться. В тот же миг лицо Винсента приняло усталое, какое-то потухшее выражение, и в глубине серых глаз девушка прочла затаенный страх. Он боится быть отвергнутым, поняла Нора. Великий Винсент Пламмер полюбил и превратился в простого смертного.

— Давай пройдем в комнату, — прошептала она, открывая дверь. Прежде чем переступить порог, Нора оглянулась. — Да, Винсент, полюбить — страшно, — сказала она мягко и, протянув руку, нежно обвела кончиком пальца контур его губ. — Но жить без тебя спокойной, но пустой жизнью гораздо страшнее. Я тебя люблю и всегда буду любить, но я не прошу у тебя того, чего ты не можешь дать. Я буду твоей столько времени, сколько ты пожелаешь…

Винсент не дал ей договорить. Он завладел ее ртом в страстном голодном поцелуе, от которого обоих охватило пламя. Он раздвинул языком ее губы, крепко прижал Нору к себе, и она ощутила очевидное доказательство остроты его желания.

Ее тело вспыхнуло сладостным огнем. Девушку больше не заботил завтрашний день — главное, Винсент с ней, он любит ее, и это все, что ей нужно. По мере того как его ласки становились все более настойчивыми, желание Норы росло, стремление слиться с Винсентом в единое целое стало почти непреодолимым. Его смокинг был давно сброшен, рубашка расстегнута, но, когда Нора принялась непослушными пальцами расстегивать ремень его брюк, Винсент осторожно остановил ее.