Она и Фрост прошли к Напп-стрит и поднырнули под полицейскую ленту, возле которой на страже стоял патрульный.

— Детективы Риццоли и Фрост, убойный отдел, — объявила она.

— Это там, — последовал немногословный ответ полицейского. Он указал на мусорный контейнер внизу улочки, где стоял другой охранник.

Когда Джейн и Фрост подошли, она поняла, что полицейский охранял не мусорный бак, а что-то, лежавшее на тротуаре. Она остановилась, уставившись вниз, на отрубленную правую руку.

— Вау, — сказал Фрост.

Полицейский рассмеялся:

— У меня была точно такая же реакция.

— Кто ее обнаружил?

— Туристы из «Призрачного тура по Чайнатауну». Какой-то ребенок поднял ее, приняв за подделку. Вскоре он понял, что рука настоящая и бросил туда, где она лежит сейчас. Предполагаю, они никак не ожидали обнаружить такоево время тура.

— Где эти туристы сейчас?

— Они были чертовски взволнованы. Настаивали на том, чтобы вернуться в свои гостиницы, но я записал имена и контактные данные. Гид — местный китайский парнишка, сказал, что с радостью поговорит с вами, когда пожелаете. Никто не видел ничего, кроме руки. Они позвонили в 911, и диспетчер принял это за розыгрыш. Мы приехали, потому что поступил вызов, что какие-то хулиганы шалят в Чайнатауне.

Джейн присела и посветила фонариком на руку. Это была поразительно чистая ампутация, разрез покрывала лишь корочка засохшей крови. Рука явно была женской, с бледными стройными пальцами и безукоризненным элегантным маникюром. Ни кольца, ни часов.

— Она просто лежала здесь, на земле?

— Ага. Со свежим мясом вроде нее крысы расправились бы довольно быстро.

— Я не вижу следов укусов. Она здесь недавно.

— О, я обнаружил кое-что еще. — Полицейский навел фонарик, и луч опустился на серый объект, лежащий в нескольких метрах от них.

Фрост подошел поближе, чтобы рассмотреть предмет.

— Это «Хеклер и Кох». [5] Дорогущий, — сказал он. Фрост взглянул на Джейн. — Он с глушителем.

— Кто-нибудь из туристов прикасался к оружию? — спросила Джейн.

— Никто его не касался, — ответил коп. — Они даже не видели его.

— Итак, у нас есть пистолет с глушителем и свежеотрезанная правая рука, — произнесла Джейн. — Кто хочет поставить на то, что они связаны?

— Это действительно хорошая пушка, — вымолвил Фрост, по-прежнему любуясь оружием. — Не могу представить, что кто-то выбросил такую вещицу.

Джейн поднялась на ноги и уставилась на мусорный контейнер.

— Вы проверяли его на наличие остальных частей тела?

— Нет, мэм. Я посчитал, что отрезанной руки более чем достаточно, для того, чтобы вызвать вас, ребята. Не хотел затоптать что-нибудь здесь до вашего приезда.

Джейн вытащила из кармана пару перчаток. Как только она одела их, то почувствовала, что сердце начало гулко биться в ожидании того, что она может обнаружить. Вместе она и Фрост подняли крышку, и зловоние гниющих морепродуктов ударило им в лицо. Борясь с тошнотой, Джейн вглядывалась в разорванные картонные коробки и объемный черный мешок для мусора. Они с Фростом переглянулись.

— Хочешь принять честь на себя? — съехидничал Фрост.

Она наклонилась, потянула мешок и сразу поняла, что трупа в нем нет. Тот был недостаточно тяжелым. Морщась от вони, она развязала его и заглянула внутрь. Панцири креветок и оболочки крабов.

Они оба отступили назад, и крышка бака захлопнулась с громким лязгом.

— Ничего не нашли? — спросил патрульный.

— Здесь нет. — Джейн взглянула на отрубленную руку. — Так где же ее остальные части?

— Возможно, некто разбросал конечности по всему городу, — предположил Фрост.

Полицейский засмеялся.

— Или, может быть, один из этих китайских ресторанов приготовил ее и подал как красиво сервированное тушеное мясо.

Джейн посмотрела на Фроста.

— Хорошо, что ты заказывал моллюсков.

— Мы уже смотрели вокруг, — добавил патрульный. — Не смогли ничего найти.

— Тем не менее, я собираюсь прогуляться по кварталу, — заявила Джейн.

Вместе с Фростом они медленно брели вдоль Напп-стрит, рассекая своими фонариками тени. На глаза попадались осколки разбитых бутылок, обрывки бумаги, окурки. Никаких частей тела. В зданиях, возвышающихся по обе стороны, окна были темны, но ей было любопытно, смотрели ли из этих окон чьи-либо глаза, следя за их молчаливым движением внизу. Они должны были осмотреть здесь все заново при свете дня, но Джейн не хотела упустить какую-нибудь зацепку. Поэтому они с Фростом потихоньку двигались от улочки ко второй полицейской ленте, преграждающей путь к Харрисон-авеню. Здесь были тротуары, фонари и движение. Но Джейн и Фрост продолжали кропотливо кружить вокруг квартала, от Харрисон до Бич-стрит, пристально вглядываясь в землю. К тому времени, как они закончили и вернулись к мусорному контейнеру, на место преступления прибыли криминалисты.