Они выехали на просеку, имевшую такой вид, будто заросли были здесь вырублены недавно. Впереди на горизонте на фоне солнечного неба вырисовывались очертания вершины Бланко-Ровало. Старик майя задержал мула, перебрал пальцами шнуры кисти и, указывая на гору, забормотал на ломаном испанском языке:

— Они гласят: «Там, где след стопы бога, жди, пока блеснут очи Чии».

Он указал на узлы на одном из шнуров, поведавшие ему эту тайну.

— Но где же след стопы бога, старый жрец? — спросил Генри, глядя на девственно нетронутую траву вокруг.

Старик, барабаня голыми пятками по брюху своего мула, быстро погнал его через просеку по направлению к зарослям.

— Он напоминает собаку на стойке, — заметил Фрэнсис. — И похоже на то, что следы свежие.

Старик проехал еще с полмили и в том месте, где заросли сменились поросшими травой крутыми склонами, погнал мула галопом и вскоре достиг большой естественной котловины. Она была глубиной фута три или больше, так что в ней мог свободно разместиться десяток людей. По форме котловина удивительно напоминала след колоссальной человеческой ступни.

— След стопы бога, — торжественно провозгласил старик, слезая с мула, и с молитвой на устах благоговейно распростерся на земле. — «Там, где след стопы бога, жди, пока блеснут очи Чии», — так гласят священные узлы.

— А ведь не худо было бы расположиться здесь на завтрак, — заметил Генри, оглядывая котловину. — В ожидании божественных фокусов мы смело можем перекусить.

— Если Чия не будет против, — смеясь сказал Фрэнсис.

Чия не протестовала. По крайней мере, старик-жрец не смог найти в своих узлах никаких возражений.

Путешественники стреножили мулов у опушки зарослей, зачерпнули воды из протекавшего поблизости ручья и развели костер в котловине, похожей на след ступни бога. Старик майя, по-видимому, забыл обо всем окружающем и без конца бормотал молитвы, перебирая пальцами узлы.

— Только бы он не спятил, — высказал опасение Фрэнсис.

— Когда я в первый раз увидел его в Юкатане, меня поразило дикое выражение его глаз, — проговорил Генри. — Но это ничто в сравнении с тем, как горят глаза старика теперь.

Тут в разговор вмешался пеон — не зная языка, на котором разговаривали гринго, он все же уловил смысл.

— Иметь дело со старинными святынями майя — великое святотатство. Это очень опасно. Это путь к смерти. Мой отец знает это. Много людей умерло. Они умерли внезапной и ужасной смертью. Умирали даже жрецы майя. Так умер отец моего отца. Он тоже любил женщину из долины и из любви к ней, прельстившись золотом, продал тайну майя и, следуя указаниям священных узлов, повел людей долины к сокровищам. Он умер. Все они умерли. Мой отец не любит женщин из долины — он теперь стар. Но слишком любил их в юности, и в этом его грех. И он понимает, как опасно вести вас к сокровищам. Много людей веками искали сокровища. Из тех, кто нашел их, никто не вернулся. Говорят, что конквистадоры и пираты англичанина Моргана нашли место, где скрыты сокровища, и покрыли его своими костями.

— А когда твой отец умрет, ты, как сын его, будешь великим жрецом майя? — спросил Фрэнсис.

— Нет, сеньор, — отрицательно покачал головой пеон. — Я только наполовину майя. Я не умею читать по узлам. Мой отец не учил меня этому, потому что я не чистокровный майя.

— Ну, а если он сейчас умрет, сможет ли какой-нибудь другой майя прочесть узлы?

— Нет, сеньор, мой отец последний из живых людей, знающих этот древний язык.

Их разговор был прерван появлением Леонсии и Рикардо, которые, стреножив своих мулов и стоя на краю котловины, робко заглядывали вниз. При виде Леонсии лица Фрэнсиса и Генри вспыхнули радостью, но из уст их полились только упреки и слова недовольства. Они стали настаивать на том, чтобы они с Рикардо вернулись домой.

— Но ведь вы не отправите меня домой, не дав мне позавтракать? — сказала она и соскользнула в котловину: с чисто женской хитростью девушка решила перенести обсуждение вопроса об ее удалении на несколько иную почву.

Обеспокоенный шумом голосов, старик майя очнулся от молитвенного транса и гневно посмотрел на Леонсию. Он обрушился на нее с целой речью, вставляя в поток слов на своем языке случайные испанские слова.

— Он говорит, что женщина — это зло, — перевел пеон, воспользовавшись первой паузой в речи старика. — Он говорит, что женщины сеют между мужчинами вражду, ожесточение и внезапную смерть. Их всегда преследуют неудачи и божий гнев. Их пути — не пути богов, и они ведут людей к гибели. Он говорит, что женщины — извечные враги бога и мужчины, навсегда отдаляющие бога от мужчины. Женщины всегда затемняли следы стопы бога и мешали мужчинам идти к богу божьей тропой. Он говорит, что эта женщина должна вернуться…

Фрэнсис слушал горячую тираду старика, насвистывая, со смеющимися глазами. А Генри, обратившись к Леонсии, сказал:

— Ну, Леонсия, будьте умницей. Слышите, что думает майя о вашей сестре? Здесь не место для вас. Ваше место в Калифорнии. Там женщины имеют право голоса.

— Беда в том, — заявил Фрэнсис, — что старик хорошо еще помнит ту женщину, которая принесла ему столько несчастий в пору его юности. — Затем он обернулся к пеону. — Пусть твой отец прочтет по узлам, что там говорится за или против женщин, идущих по стопам бога.