— Кэрис, вы не могли бы добыть для меня еще одну подушку?

— Дэниел! — протестующе возопила Симона. — Ты не будешь здесь жить!

— Дорогая, — мягко, но решительно отвечал он, — я остаюсь, так что тебе лучше свыкнуться с этим фактом. Мы с тобой уже все обсудили, и ты согласилась, что так будет лучше. Кстати, ты не забыла, что сегодня вечером бридж? Если не поторопишься, пропустишь начало.

Кэрис наконец выскользнула из комнаты и направилась в кухню. Она решила сварить кофе. Тревожные мысли сменяли друг друга у нее в голове. Сумеет ли Джош полюбить такую мачеху или даже просто проникнуться к ней симпатией? Как может любить ее Дэниел?

— Места, конечно, маловато, но если открывать дверь на веранду, то воздуха хватит. Вы нашли для меня подушку? — раздался голос от двери. Кажется, Дэниел был один.

— Сию минуту принесу из своей комнаты. Послушайте, мне жаль, что комната такая маленькая, но другой просто нет. Моя спальня находится как раз между спальнями Джоша и Тэры, а ночью я могу потребоваться им обоим. Та комнатка, которую я приготовила вам, раньше вообще служила кладовой. Я ее расчистила и… Постойте, я ведь могу переселиться в нее вместе с Тэрой, а вы…

— Все в порядке, — перебил ее Дэниел. — Я поживу в ней. Просто я не представлял, какой этот коттедж маленький.

— Может, вам всем действительно будет лучше на вилле? — сказала вдруг Кэрис. Если закрыть глаза на бесконечные вечеринки, апартаменты на вилле, конечно, выше всяческих похвал.

— Но ведь мы решили, что это не годится.

— Да, конечно. Но теперь я уже начинаю сомневаться. — Она вздохнула. — Симона права. У нас — всего лишь небольшой домик для отдыха, и я теперь понимаю, что вам он не подходит.

— Недовольство Симоны не имеет никакого отношения к размерам жилища. Она, скорее, обеспокоена тем, что мы с вами душной тропической ночью будем спать под одной крышей, — невозмутимо заявил он и, взяв кофейник, стал разливать кофе по чашкам.

Кэрис тупо глядела ему в затылок и старалась не вникать в смысл только что услышанного.

С едва уловимой усмешкой Дэниел обернулся и протянул ей чашку с блюдцем. Кэрис приняла ее нетвердой рукой.

— Ну, что вы смотрите так удивленно, Кэрис? Я же говорил, что принимаю идею пожить здесь — с определенными ограничениями.

— Да, но я думала, эти ограничения будут исходить от вас, а не от Симоны. То есть… я хочу сказать, что если это повредит вашим отношениям…

— Джош мне в данном случае важнее, — отрезал он. — Если Симона видит в вас потенциальную угрозу, то это уж ее проблемы.

— Звучит довольно жестоко, — заметила Кэрис, но про себя не могла с ним не согласиться. Дэниелу и с сыном хватит хлопот, чтобы еще переживать по поводу надуманных неприятностей Симоны. — Но почему вы считаете, что ваша невеста видит во мне угрозу? — с беспокойством спросила она.

— У вас в руках ключ от самого для меня важного, — пожал плечами Дэниел, — от любви Джоша.

— Но… но она ведь этого не знает. Мы с ней едва виделись, и она никогда не наблюдала нас вместе с Джошем. Да и вообще — что ей обо мне известно?

— Я рассказал ей, как хорошо вы о Джоше заботитесь и как мальчик к вам привязан. Ну и она же не слепая, в конце концов.

— Да, но она не видела, как мы ладим с Джошем!

— Я не об этом. Она видела вас саму и… — Он нетерпеливо перевел дух и качнул головой. — Ну, что вы глядите на меня большими глазами? Вы же понимаете, о чем я. Когда вы в последний раз смотрелись в зеркало?

— Боже, наверное, Джош опять перемазал меня красками! — всполошилась она, собираясь бежать в ванную, но выражение глаз Дэниела остановило ее. Кровь прилила к ее лицу и шее, и женщина в замешательстве опустила ресницы. До нее наконец дошло.

— Вот именно, — удовлетворенно произнес Дэниел. — Вы могли, конечно, одичать от долгого пребывания на острове, но вы все равно очень красивы, а у Симоны есть глаза, и цепкие.

Кэрис опустила чашку на стол. Ей вовсе не хотелось иметь настроенной против себя его ревнивую невесту, которая, оказывается, не в состоянии простить ей ни успехов в воспитании, ни красоты.

— У нее нет ровно никаких причин для ревности, — твердо заявила Кэрис.

— А я и не сказал, что она ревнует. — Собеседник с любопытством поедал молодую женщину глазами. — Просто ощущает некоторую угрозу.

— Разве это не одно и то же?

— О Боже, нет. Пока что нет! — рассмеялся он. — Если бы Симона уже теперь начала ревновать, от вас бы ничего не осталось. Однако… — Он умолк, но глаза его красноречиво заблестели. — Однако, возможно, все впереди. И уж это… — он сделал многозначительную паузу, — целиком зависит от вас.