Шрифт:
– Пока не знаю, Игорь, но в этом есть смысл. Не на своих же горбах они таскают тюки. Ну а мул или ишак на крутизну не пойдет, если ее обойти можно. Так что начинаем активную работу. Глядишь, и повезет…
Еще около четырех часов шла группа вдоль набиравшего понемногу силу водного потока, всматриваясь в нависающие громады скал. Шли сторожко, хотя камуфляжи «Снег» и так очень надежно скрывали их от чужого взгляда. Идти становилось заметно легче, да и дышалось уже не так тяжело. По всему было видно, что они спускались с гор. Вот уже и закончились вечные снега, стали появляться участки каменистых россыпей, то тут, то там виднелись стволы редких деревьев и кустарников. Группа приближалась к основной цели оттуда, откуда ее не могли ждать – с гор, преодолев больше шестидесяти километров тяжелейшего горного марша. Но ребята понимали, что это – только начало, горная прогулка, а настоящая работа начинается только сейчас…
– Командир, – к Андрею приблизился Бай. – Стемнеет скоро. Нам нужна ночевка.
– Что предлагаешь, Алишер?
– Посмотри, – он показал рукой в сторону недалеких отрогов. – Здесь метров двести, не больше. Если подняться немного по карнизу – я видел пещерку. Сам посмотри.
Филин взял протянутый бинокль и стал исследовать карниз. Действительно, на некотором возвышении над руслом речушки, на карнизе виднелось темное пятно.
– Я проверю?
– Давай, Бай, аккуратненько.
Андрей напряженно всматривался в силуэт Бая, споро, но осторожно продвигавшегося среди камней. Вот он начал подъем на карниз. Вот он припал на одно колено у входа в пещеру, прислушиваясь. Вошел внутрь… Две минуты… Показался на входе, давая знак: «Порядок, жду!»
Ф-фу-уф!!! Напряжение стало медленно отпускать. 25 января. 19.20. Пора отдыхать.
– Группа. Будем готовить ночевку. В пещере. Спасибо Баю… …Не спалось командиру в эту ночь. Что-то мучило изнутри, не давая прийти сну. Какие-то неосознанные предчувствия. И, казалось бы, что еще? Сухая, теплая от горевшего сушняка пещера. Умелые и опытные друзья рядом. Ан нет. Эх, знать бы ему тогда, что это будет последняя спокойная ночь, – выспался бы на неделю вперед…
26 января. 4.20…
Легкий толчок в плечо вывел Филина из полудремотного состояния. Перед глазами возникло лицо Бульбы с приставленным к губам указательным пальцем.
– У нас гость, – произнес он одними губами.
Слегка отодвинув край пятнистой плащ-палатки, маскировавшей их убежище, Андрей посмотрел в окуляры бинокля…
Вдоль русла на осле ехал одинокий мужчина в национальном халате. Он пригибался к шее животного, как видно, внимательно рассматривая что-то на камнях. Что-то смутно знакомое было в фигуре этого таджика.
«Нурали, сука! – вдруг, как-то внезапно, узнал незнакомца Филин. – Нурали Давлатов!!! Наш несостоявшийся проводник из Кульджи. Больной! Ходить в горы не мог… Но ведь там, где мы прошли, – ишак не смог бы! Если он не Пегас. Значит, есть тропа?! Короче и легче?! А не наши ли следы ты высматриваешь, сердешный? Ах, сука!!!»
– Тихо поднимай группу, – сказал он Бульбе. – Похоже, этот красавец – по наши души.
Переход из состояния сна в состояние боевого транса занял у группы менее полуминуты.
– Что тут, Андрей? – густым басом зашептал над ухом Медведь.
– Сосед нашего хозяина из Кульджи. Тот, который больной. Что-то высматривает на камнях там, где мы прошли. В полпятого утра!..
– Та-ак! Не прост соседушка оказался-то. Часом не нас ли ищет?
– Похоже на то.
– А на кой ему это?
– Вопрос!
– Берем?
– Обязательно! Он, сука, за нами на ишаке едет, а что это значит?
– Тропу знает, гаденыш, о которой не знал Мурталло. А он старожил в этих горах. Думаешь, он караванщик?
– Почти уверен. И уж наверняка – стукачок бекмурзаевский, по ту сторону хребта. А здесь он потому, что хочет предупредить о нас или вовсе сдать.
– Берем свиненка за жабры и в пещеру. Бай, Мулла, Змей. – Медведь подал условные знаки, и бойцы пошли добывать «языка».
Нет. Не было у Нурали шансов ускользнуть. Да он и увидел-то их только тогда, когда Змей схватил осла за уздечку. Он потянулся было рукой к широкому поясу, обмотанному поверх халата, и все…
– Не балуй, падла! – прошипел Бай.
Ему не дали сделать ни одного лишнего движения…
Через пятнадцать минут Нурали сидел в пещере напротив Андрея и хлюпал окровавленным, разбитым носом.
– Ну, здравствуй, уважаемый Нурали. Как здоровье, уже не болеешь? И что же тебя, добрый человек, привело в столь ранний час на эту сторону хребта? Неужто свататься едешь?
– Я тебе ничего не скажу, начальник.
– Что, правда?! Ну, это ты не подумав ляпнул. Уверяю тебя!!! Ты вот прямо сейчас с Бандерой поближе познакомишься. Он хороший парень… Только очень любопытный. А еще он страшно обижается, когда в его присутствии молчат или лгут… Ну характер у него такой!!! Ты уж расскажи ему все, что знаешь, – я тебе искренне советую. Не обижай его враньем. Ладно? Уж очень он несговорчивых «духов» не любит… – Филин кивнул Бандере.