Шрифт:
— Ты что? Предать хочешь?
— Дело закрыли…
— И ты сдался? — Цыган взвизгнул, наступив босой ногой на раскаленный уголек. Эта боль не остудила его, а, наоборот, завела пуще прежнего: — Ты сдался, черт тебя возьми! Да все что угодно!.. Я бы на его месте! Ты бы на его месте!.. Но не он сам! Его убили!
— Покажи ногу.
— Да хрен с ней, с ногой! Нога не жопа, завяжи и лежи! Я за это его и уважал! Камень! Скала! Медведь! В конце концов, он в Бога верил! Ты понял меня? Понял?
— Я понял только то, что ничего не понял, — философски изрек Грязнов.
Почти всю дорогу до дома ехали молча, после взрыва эмоций испытывая какую-то опустошенность. Они были обветренные и угрюмые.
Цыган загнал свою иномарку в гараж. Они дошли до середины двора и остановились друг против друга. Вроде как только начали, кое-как отношения наладили, а развивать их особой охоты не было.
— Бывай… — Цыган сухо протянул руку.
— Ага… — Грязнов вяло ее пожал.
Разошлись. Каждый в свою сторону.
— Слышь? — Цыган окликнул Дениса, когда тот уже взялся за ручку подъездной двери.
Грязнов обернулся.
— Помнишь, вот тут будка трансформаторная сгорела? Ну ты тогда из Барнаула к дядьке своему на каникулы приезжал? Помнишь? Летом было…
— Помню, а что?
— Так вот, это я ее поджег.
— Да знаю…
— Ну ладно… Тогда пока…
— Пока…
Денис рывком распахнул дверь…
Лесная изба. Интерьер.
…и они буквально ввалились в избушку.
— Мамочки, что это? — в ужасе завизжала Галя.
— Табуретка, дура! — цыкнул на нее Антон.
— Сыростью пахнет, — сказал Сабанов. — Нет тут никого.
Они сразу как-то осмелели, разбрелись по избушке, всматриваясь в темные углы.
— Кажется, я спички нашел, — не очень уверенно сказал Белоусов.
Он осторожно раскрыл коробок, чиркнул. Спичка зажглась, на несколько секунд осветив изможденные лица ребят…
Они сидели у горящей печи, тесно прижавшись друг к другу. Не отрываясь, смотрели на огонь. Некрасов задремал.
В ржавой кастрюле закипала вода. Галя с трудом поднялась, вынула из пожелтевшей пачки окаменевшие макароны, бережно опустила их в кипяток. Вернулась на прежнее место.
— Мы друзья… — прошептал Антон.
Языки пламени отражались в их глазах.
Некрасов застонал во сне. Галя с тревогой посмотрела на мальчишек.
— Это пройдет… — успокоил ее Белоусов.
Некрасов очнулся, удивленно огляделся.
— А где Игорь?
Лес. Натура. Ночь.
Сабанов бежал из последних сил. Ветки хлестали его по щекам, он падал, спотыкаясь в темноте о корни деревьев, но поднимался, упрямо цедя сквозь зубы:
— Я вас выведу… выведу…
Его ослепил яркий свет фар. Он замер, закрыв лицо руками, сморщился от громкого визга тормозов. Автомобиль резко юркнул в сторону и, обдав Сабанова пылью, вылетел с дороги в кювет.
Снова все вокруг погрузилось во мглу.
— Что ж ты, гаденыш, делаешь? — Взбешенный мужской голос оказался совсем близко. — Я тебе сейчас голову оторву!
— Боря, не надо, это же ребенок! — пыталась образумить его женщина.
— Помоги ногу вытащить, идиотка!
— Боря, у меня, кажется, кровь…
Сабанов сел на землю. Плечи его затряслись. И было непонятно, то ли он плачет, то ли смеется от счастья…
— Посвети зажигалкой, я в ремне запутался! — продолжал рычать мужчина.
Чиркнула зажигалка. Язычок пламени подпалил кончик сигареты. Денис с удовольствием затянулся и распахнул окно. На балконе пятого этажа дома напротив курил Цыган.
— В небе луна. Светит одна. Слышишь любимая, а? — громко пропел Денис и помахал Цыгану рукой.
Тот в ответ показал ему средний палец.
Утро началось по традиции рутинно, с бесконечным множеством телефонных звонков. Грязнов задумчиво держал трубку возле уха. На другом конце провода вот уже минут пять никто не подходил.
В кабинет шумно вкатился запыхавшийся Самохин.
— Тихо! — Денис резко выкинул перед собой руку. — Сядь!
— А что такое?
— Сядь, мешаешь! — Грязнов сделал страшные глаза. — Потом объясню.
Самохин неслышно опустился в кресло.
— Да, слушаю! Что там у вас? — командным голосом отчеканил в трубку Денис. — Боеголовка? Ядерная? Черт, так и знал!
И он со злостью ударил кулаком по столу.
— Чего-чего-чего? — Самоха подался всем телом вперед.
— Значит, так, действуем по плану. Что? Что??? Какие провода? Красный, синий и желтый? Куда тянутся? Ни к чему пока не прикасайтесь!