Эбондрак пытался манипулировать ими через единение, но если и было на свете что-то, действительно способное сплотить лордов Вел'Скана, так это весть о предательстве.

Череп, из которого была сделана наземная часть дворца лорда Эбондрака, скалился, предвкушая кровопролитие. Лезвия топоров, образующие наклонный пандус, ведущий ко входу в его горло, уже были в темно-коричневых пятнах крови после недавних жертвоприношений. Похоже, ничто в Вел'Скане не могло считаться священным или хотя бы сколько-нибудь стоящим, если регулярно не поливалось кровью. Кинжал в глазнице черепа отбрасывал тонкую изломанную тень на подъездной путь.

Было тихо. Уцелевшая глазница черепа оставалась темной. Балкон перед нею, откуда лорд Эбондрак, вероятно, взлетал, был пуст. У входа, высокой узкой арки, специально рассчитанной на крылья Эбондрака, тоже никого не было.

— Похоже, стражи нет, — сказал капрал Дорваз.

— Возможно, — согласился Аларик. — Бунты на арене позволяют нам выиграть время. Эбондрак не вернется, пока рабы не будут пойманы или убиты.

— Ты много знаешь об Эбондраке?

Аларик пожал плечами:

— Однажды я пытался его убить.

— Ты пытался убить это чудовище? Трон всемогущий!

— Это был экспромт.

Рабы продвигались вперед, настороженно приближаясь к огромным медным дверям.

— Как ты думаешь, кто это был? — спросил Дорваз, кивая на гигантский череп.

— Возможно, демон-принц, — ответил Аларик. — Или кто-то, о ком мы никогда не слышали. Мне сдается, что у Дракаази довольно запутанное прошлое.

— Эбондрак очень заботится о своем величии.

— Верно, капрал, и смею сказать, что мы ему порядком насолили. Это оказался сильный ход — все эти взрывы на арене. Я не был уверен, что у нас все получится.

Дорваз распахнул форменную рубашку. На его груди был выжжен знак в виде змеи, указывавший на то, что он собственность Эбондрака.

— Они клеймили нас чем-то едким и держали это в бочках под пыточным блоком. Оказалось, что оно хорошо горит.

Аларик улыбнулся:

— Восхищаюсь твоей находчивостью.

— Просто военная сноровка, юстикар. — Дорваз снова взглянул на дворец. — А он здесь? «Молот Демонов»?

— Если он существует, капрал, то он здесь, а он существует.

Гатранцы хлопотали возле огромных медных дверей, прилаживая к ней бочонки с едкой дрянью, позаимствованные ими на тюремном складе.

— Отойдите! — закричал один из них. — Прочь от дверей!

Рабы повыскакивали из укрытий и вслед за Алариком бросились бежать от арки. Несколько мгновений спустя медные двери засветились, пошли пузырями и взорвались, осыпав все вокруг каплями расплавленного металла. В дверях зияла большая рваная дыра.

Гирф первым пролез в нее, что вовсе не удивило Аларика. Но даже Гирф остановился в нерешительности, увидев дворец изнутри.

Внутри было сумрачно и прохладно. Ветерок шевелил темно-красный шелк на стенах входной галереи. Сверху сквозь огромные зубы просеивались солнечные лучи, сводчатый потолок повторял форму черепа.

Ветерок доносился не с улицы. Это дышали враги лорда Эбондрака. Они были вплавлены в стены и потолок или в каменные глыбы в центре зала, словно скульптуры в галерее. Они были еще живы. Аларик увидел жуткие очертания демонов-кровопускателей, выступающие из камня. Шелковые полотнища колыхались вокруг тучного тела человека-мутанта с козлиными ногами и вторым отвисшим ртом на животе, чья мертвенно-бледная плоть срослась с гранитом. Там был вероломный Змеиный Стражник, без шлема, с лишенным кожи лицом и разинутым ртом, из которого свисал на грудь каменный язык; какое-то морское существо в панцире, наполовину окаменевшее, словно пыталось выплыть из стены, в которую его заточили. Одна из жертв в центре зала была почти похожа на женщину, с безносым лицом и клешнями вместо рук, тело ее, выступающее из камня, раскинулось в сладострастной позе. Там были сотни тел, разные порождения Хаоса — враги, убитые Эбондраком с того момента, как он взял Дракаази в свои когти.

Хаггард легонько толкнул локтем Аларика. Хирург тяжело дышал, он был уже немолод.

— Святая плоть, вы только посмотрите на это, — сказал он.

— Они живые, — ответил Аларик.

— Конечно. Будь они мертвыми, они бы его не забавляли. — Хаггард сплюнул. — Вот это Груумталак Бронированный, — заявил он, указывая на существо, похожее на кентавра в доспехах, со скорпионьим хвостом и большими фасеточными глазами, как у мухи, висящее на потолке у входа. — А я-то гадал, что с ним случилось.

Гирф стоял возле женщины-демона в центре комнаты. Он водил ножом по камню, пробуя, как лезвие входит в тело.

— Гирф! — позвал Аларик. — Иди со своими людьми вперед. Нам надо двигаться дальше.

— Ну тогда вперед, пошевеливайтесь! — крикнул Гирф, и его люди пошли вслед за ним по великолепной широкой лестнице в дальнем конце зала.

— Где он? — спросил из-за спины Аларика Эрхар. — Где «Молот»?

— Здесь. Наверху. Он в черепе.