– Хорошо, беги в кровать, а то замерзнешь. Я сейчас приду.

Когда сын ушел, она снова свернула записку и, поискав глазами надежное место, спрятала маленькую трубочку в одну из жестяных коробок с крупами…

На следующий день Женя отправила сына в Саратов, к бабушке.

Прощаясь с матерью на вокзале, Лешка излучал восторг. Он никогда еще не путешествовал самостоятельно на поезде, и радость от внезапных каникул омрачало только одно обстоятельство – дома у бабушки не будет компьютера.

– Мам, как ты думаешь, в Саратове можно будет у кого-нибудь найти приличный компьютер? – в сотый раз спрашивал мальчик, вертясь на своей полке в купе. – Я на всякий случай взял все свои игры. – Он тяжко вздохнул и добавил: – Те, что остались после обыска…

Евгения попросила проводницу присмотреть за сыном.

– В Саратове его обязательно встретят, я уже договорилась. Ну пока, Лешенька! Дай маме тебя поцеловать.

Мальчик насупился, но вытерпел «слюнявые нежности».

«Мне необходимо с кем-то посоветоваться!» – думала Женя, провожая взглядом удаляющийся состав и медленно возвращаясь по перрону на привокзальную площадь.

«С кем-то из друзей Игоря. Сама я представления не имею, куда мне обращаться в Москве! Да-да, обязательно необходимо посоветоваться».

С вокзала она отправилась в центр города.

Серое казенное здание РУБОПа, расположенное рядом с суворовским училищем и местным отделением ФСБ, почти закрывали густо посаженные голубые ели. Напротив здания, на гранитном постаменте, задрав залитое свинцом дуло, возвышался танк времен Отечественной войны – произведение местных оружейников.

Евгения подошла к дежурному и попросила его позвонить по внутреннему номеру.

– Полковник Заметалин? Это Евгения Трегубова, здравствуйте. Можно с вами сейчас встретиться? Да, я внизу на вахте.

Через полчаса ей выписали пропуск.

Она поднялась по знакомой лестнице, покрытой красной ковровой дорожкой, вошла в кабинет.

Валеру Заметалина она знала лично. Несколько раз он с женой приходил к ним в гости. Мужчины пили пиво, говорили о работе, женщины обсуждали детей, обменивались рецептами и узорами для вязанья…

Войдя в кабинет, Евгения и не вспомнила о том официальном тоне, которым беседовала с Заметалиным по телефону. Одно дело – при посторонних, другое дело – наедине…

– Привет, Валера, – сказала она, расстегивая верхнюю пуговицу шубы. – Мне необходимо с тобой посоветоваться. Мы можем здесь поговорить?

– Почему нет? Садитесь, – кивнул Заметалин.

Евгения пропустила мимо ушей этот сигнал, это холодное «садитесь» вместо приятельского «садись».

– Игорь передал мне записку, – усевшись на стул напротив заметалинского стола, приглушенным голосом сообщила она.

Лицо Валеры удивленно вытянулось.

– Что?!

– Он просит, чтобы я поехала в Москву, там добивалась правды. Подскажи, к кому мне ехать? Я ничего в ваших делах не понимаю. Куда мне обращаться? В Генеральную прокуратуру? В Администрацию Президента? Или в Военную прокуратуру? Я не знаю…

– Он так и написал, что ты должна поехать в Москву?

– Да. Написал дословно – «дуй в Москву, вытаскивай меня».

Заметалин задумчиво посмотрел в окно, потом спросил:

– Записка с тобой?

– Нет. Я ее сожгла.

Что-то заставило ее соврать…

– Плохо, – нахмурился Заметалин.

– Почему? – испуганно встрепенулась Женя.

Заметалин не ответил.

– Кто ее передал?

– Я не знаю. Принес какой-то молодой человек, поздно вечером позвонил, попросил выйти во двор…

Заметалин выведал у нее подробности, а потом снова уставился в окно.

– А что? Ты думаешь, это провокация?

– Сейчас, одну минуту, – сказал Заметалин, снимая телефонную трубку и той же рукой набирая три цифры внутреннего номера. – Сейчас во всем разберемся.

Евгения кивнула, вздохнула с облегчением.

– Евтюхов, ты? Срочно зайди ко мне, – приказным тоном бросил в трубку Заметалин.

Через мгновение Евтюхов материализовался на пороге его кабинета.

– Бери ребят, отправляйтесь к этой гражданке на дом, – кивком показал на Евгению полковник. – Возьмите ее квартиру под охрану до моего распоряжения. С дамы глаз не спускать.

– Это как?.. – привставая со стула, прошептала Женя. – Это как понимать? Я что, арестована?

Заметалин посмотрел сквозь нее и еле заметно кивнул.

– Как? – воскликнула Женя. – За что?

– У нас ни за что не арестовывают, – ухмыльнулся Заметалин.

Евтюхов молча подошел к Евгении, взял под локоть и потащил вон из кабинета.

Он вывел ее на улицу, но не через парадный, а через служебный выход. Во внутреннем дворе Евгению запихнули в черный джип. В машине уже сидели вооруженные люди в камуфляже и черных масках. Ошеломленная женщина не могла поверить, что все это происходит с ней на самом деле.