– Одно другому не мешает. Можно было бы что-то придумать, хотя бы, например, мобильный портатор.

– Так придумай. – В голосе Ольги послышались насмешливые нотки. – Ты же адмирал.

– Тебя бы в адмиралы. Посмотрел бы, чтобы ты придумала. А-а-а! – Адмирал махнул рукой. – Я на "Тоссу". Вернусь не раньше, чем через пару месяцев.

– Отец. Я вижу, что ты устал. – Лицо Ольги сделалось серьёзным. – Может отдохнёшь, хотя бы, несколько дней? Никуда эти призраки не денутся, если сами пришли.

– Какие призраки? – Мартов поднял брови.

– Всё же, отец, ты несправедлив к нему. – Лицо Ольги сделалось серьёзным. – Он обещал поймать призрак и своё обещание выполнил. Даже вдвойне. Если они без экипажей, то сами никуда от базы не уйдут и ты можешь отдохнуть, хотя бы несколько дней.

– Я, почему-то, в этом не уверен. – Состроив гримасу, адмирал покрутил головой. – И всё-таки я настаиваю, чтобы ты наняла гувернантку.

– Не нужна она мне. Мне теперь не приходится скучать в твоё отсутствие. Мы теперь вдвоём. Верно солнышко?

Ольга ткнулась носом сыну в грудь и несколько раз крутанула головой. Малыш залился весёлым смехом.

– Как знаешь.

Повернувшись, адмирал вышел из комнаты.

***

Адмирал Мартин Мартов уставившись в экран вивв своего адмиральского крейсера, рассматривал огромный степпер тресхолдов.

Корабль действительно был огромен, гораздо больше, чем встречавшиеся до сих пор степперы и больше того, который уничтожила эскадра под его руководством, не был он похож и ни на один из кораблей цивилизации зевсов. Все корабли цивилизации зевсов были плоскими, больше похожими на рыбу, плавающую плашмя. Этот же больше походил на морской корабль, чем на космический: совершенно гладкая, лишённая каких-то иллюминаторов, люков и прочих внешних агрегатов, с большим скосом и единственным отверстием в носовой части, нижняя часть корабля и утыканная иллюминаторами и всевозможными люками, его верхняя часть. Было хорошо видно, что некоторые иллюминаторы светятся. Самый большой иллюминатор находился на носу его верхней части, охватывая нос корабля полукругом. Иллюминатор резко выделялся своим голубоватым светом на фоне серебристо-серого цвета корабля. Мощные крылья выходили из границы верхней и нижней частей корабля, придавая ему несколько нелепый вид. Крылья заканчивались огромными цилиндрами, ориентированными вдоль корабля. Фьютов под крыльями не было, не было видно и никаких подвесок для них, создавая впечатления, что такого вида оружия корабль не имел. Из кормы, нижней части корабля выглядывали несколько больших овальных, расположенных, непривычно, вертикально, раструбов, уменьшающихся от огромного центрального к периферии. Мартов насчитал семь раструбов. Скорее всего, нижняя часть степпера несла в себе энергетическую установку корабля.

Адмирал повернул голову в сторону сидящего в соседнем кресле Гарра.

– Что это за сверкающий иллюминатор на носу на полкорпуса? – Поинтересовался он.

– Предполагается, что это зал управления. Но кроме четырёх кресел, в нём больше ничего нет.

– А пульт управления?

– Его нет. – Гарр покрутил головой.

– А как же, тогда, они управляют кораблём? Тогда это не зал управления. Может это капитанский мостик?

– Возможно. – Командир базы дёрнул плечами. – Но этот зал, самый подходящий для зала управления, из обследованных. На одном из кресел лежит желтый обруч. Возможно кораблём управляют с его помощью. Наподобие нашей короны. Только у них мысленный способ управления доведён до совершенства. Не в пример нам: ты думаешь одно, корабль делает другое.

– Доведи, если знаешь, как. – В голосе адмирала скользнула нотка раздражения. – А что за трубы на крыльях?

– Это не совсем трубы. В их задней части находятся полусферические зеркала сложной волновой конструкции. Передние края имеют характерные ожоговые следы, что показывает, что это или какое-то оружие или какие-то мощные излучатели.

– Анализ с раструбов движителей сделан? Что он дал?

– Пробы взяты, но точного заключения ещё нет. Слишком сложный молекулярный состав. Совершенно не похож на продукты наших конверторов.

– Что там может быть непонятным? – Лицо адмирала исказилось гримасой недовольства. – Физика Вселенной везде одинакова.

– Скорее всего, для своих конверторов они используют не небулий, а какой-то другой элемент, неизвестный нам.

– Так узнайте, что это за элемент. На корабле обязательно должно быть какое-то хранилище для него. Возьмите оттуда.

– Мы ещё не нашли вход в нижнюю часть степпера.

– Плохо ищете.

– Большая часть дверей степпера закрыта.

– Откройте.

– Их письменность слишком сложна и непонятна. Лингвисты пока не в состоянии с ней разобраться. Информационные поля ещё сложнее. Вместо образов какая-то феерия. Остается только резать.

– Что может быть сложного в информационных полях? – Адмирал поморщился. – Уверен, тот же бинарный код, что и у нас. Я вызову с Ризы лучших программистов.

– На базе прекрасные специалисты.

– Так что же, тогда копаетесь?

– У них совершенно другая система мышления. Она не поддаётся нашей привычной логике. Нужно время.

– Уже тридцать дней прошло. Зачем им столько раструбов на двигателе? Достаточно и трёх.

– Скорее всего центральный принадлежит маршевому, а остальные рулевые и малой тяги.

– Зачем им столько рулей?

– Думаю, для управления таким огромным кораблём на больших скоростях.

– Мы вполне обходимся без такой батареи даже на ликвидаторах.

– Мы не крутим кораблём на субсветовых скоростях.

– Это невозможно. Силы инерции таковы, что эффективность управления приобретает отрицательную динамику. Законы природы одинаковы в пространстве всей Вселенной.