– Может быть, и книги вы тоже решили взять? – мстительно проговорила Вета. – А они, между прочим, оставлены мне по завещанию!

– Это мы еще посмотрим, какое такое завещание! – проворчала Диана и вдруг заторопилась: – Андрей, нам нужно идти, ты же помнишь, у нас с тобой дела… к нам электрик должен прийти…

– Дина… – запинаясь, проговорил ее муж, – но когда же ты успела…

– По-твоему, я должна была оставить все этой деревенской старухе? – взорвалась его жена. – Чтобы все ценные вещи прилипли к ее рукам и уплыли в туманную даль? Ты этого хотел?

– Да эта деревенская старуха прожила здесь сорок лет и ни копейки не взяла! – рявкнула Вета и, не помня себя, шагнула к противной бабе, чтобы вцепиться ей в длинный нос.

– Спокойнее! – Капитан ловко ввинтился между ними. – Вы, потерпевший, пока можете идти, – сказал он племяннику, – потом в отделение зайдете протокол подписать.

Андрей поднялся обреченно, смущенно глядя в пол, послушно двинулся за женой.

– Только никуда не уезжайте из города, – напутствовал их капитан. – У меня к вам еще будут вопросы… И у следователя тоже.

– Так все-таки, – Вета повернулась к капитану Островому, как только Диана с мужем вышли из кабинета. – Что здесь произошло? И где Анна Мефодьевна?

Капитан взглянул на соседку, и та затараторила, как будто только и ждала этой возможности:

– Я утром борщ поставила варить, а уксуса и нету… а какой борщ без уксуса? Ни цвета, ни вкуса, ни удовольствия… значит, вышла я на площадку, хотела в магазин идти, смотрю – а дверь-то у Глеба Николаевича открыта! А я знаю, что они всегда дверь на десять замков запирают. Видать, за богатство свое сильно боятся! – Она неодобрительно оглядела разоренный кабинет, и продолжила: – Ну, думаю, только хозяин помер – сразу никакого порядка! Дверь и ту не закрыли! Подошла я к двери, позвонила – никто не идет… хотя, конечно, Мефодьевна совсем глухая, никогда до нее не дозвонишься… постучала – то же самое… ну, думаю, надо войти, посмотреть – мало ли что случилось?

На самом деле соседкой двигало самое обыкновенное любопытство. Ей хотелось взглянуть на квартиру покойного соседа.

Однако далеко зайти она не смогла.

Пройдя прихожую и заглянув в кухню, она увидела лежащую на полу без сознания, в крови Анну Мефодьевну и в ужасе вылетела из соседской квартиры.

– Я в квартиру-то даже не заходила, – торопливо сообщила она капитану. – Только в дверь заглянула, смотрю, Мефодьевна на полу лежит… я так перепугалась, так перепугалась – до сих пор поджилки дрожат! К себе в квартиру прибежала и сразу в милицию звонить… ну тут уж и вы приехали!..

– Врет! – проговорил, появившись в дверях, второй милиционер – тот, с которым Вета столкнулась в коридоре. – Непременно врет! Заходила она в квартиру!

– Как это я вру?! Как это вру?! – возмущенно вскрикнула соседка. – У меня сроду такой привычки не было, чтобы врать!

– Точно врет, – спокойно возразил милиционер. – От входной двери она пострадавшую никак не могла видеть, сами видели, какая там прихожая! Ей непременно нужно было к самой кухне подойти, только тогда она могла тело увидеть!..

– Ну, может, самую чуточку зашла… – призналась соседка. – Может, на два шажочка. Но я ничего не трогала!..

После этих слов оба милиционера посмотрели на нее с явным подозрением.

– Все-таки что же здесь произошло? – спросила Вета, оглядевшись по сторонам.

– Обычное ограбление, – ответил Островой. – Судя по тому, что нет следов взлома, пострадавшая сама открыла дверь грабителям…

– Говорим же всегда – не открывайте никому дверь! – вклинился в разговор второй офицер. – Но разве же гражданские нас слушают? Особенно пенсионеры!..

«Но как раз Анна Мефодьевна была очень осторожна, – подумала Вета. – Она никогда не открывала дверь, не выяснив, кто пришел… десять раз переспросит…»

Она вспомнила свой последний визит и как старуха долго и недоверчиво ее спрашивала. А ведь она ждала Вету, они всегда заранее договаривались о встрече! Старуха вообще мало кого пускала в квартиру – врача участкового или женщину, которая пенсию носит… Но чтобы ночью кому-то дверь открыть…

– Вот, значит, они вошли… она, старушка эта, попыталась сопротивляться грабителям, ей дали как следует… а потом они, значит, все вынесли…

– Пять тысяч томов вынесли по лестнице – и никто из соседей ничего не услышал? – с сомнением проговорила Вета.

Милиционеры переглянулись.

– А что – правда здесь было пять тысяч книг? – недоверчиво переспросил Островой.

– Приблизительно, – Вета повернулась к книжным шкафам. – Ну, может, четыре с половиной… а может, и больше пяти – вы же видите, какие шкафы огромные! И все книгами были заполнены, уж я-то знаю…

– Да-а… – Островой тяжело вздохнул. – Действительно, непонятный момент…