– Потому что не считала нужным уличать Вас во лжи. Зачем? Если Вы захотели остаться инкогнито, то это только Ваше дело. Но вот Вам не показалось странным, что Я привела в дом совершенно незнакомого мужчину и так спокойно оставила его ночевать? Поверьте, если бы я не знала кто Вы, то лежать бы Вам дальше на той скамейке в моем дворе.

Саша задумался над словами девушки.

"А ведь действительно, она совершенно не похожа на ту, кто спокойно приведет на свою территорию незнакомого человека. Притом, у нее дома малолетний ребенок, значит, Танечка должна быть вдвойне осторожной".

Саша "перекатывал" имя девушки у себя на языке и понял, что оно подходит ей как нельзя лучше.

– Ты ведь прекрасно знаешь, что я ем, а что нет, - уличил в маленьком "хулиганстве" Татьяну Александр.

Девушка закусила губу и кивнула.

– Ты заставила меня есть кашу.

– Это не я, - выставив перед собой руки, словно защищаясь, попыталась вывернуться Таня.
– Вы сами поддались очарованию моего ребенка и добровольно согласились с нами позавтракать. Вас никто не принуждал.

– Ну да, конечно, - рыкнул Артемьев и дернул девушку за руку на себя.

Ойкнув, Таня впечаталась в крепкую мускулистую грудь мужчины, и пока он что-то шипел ей на ухо, она пыталась не растечься маленькой лужицей у его ног.

– Поняла?

– Ага, - кивнула она и поспешила отстраниться, потому что такая непосредственная близость Артемьева, никак не способствовала работе мозга.

– Точно уяснила?

Таня прокашлялась и, стряхнув с формы несуществующие пылинки, ответила ровным тоном:

– У Вас еще ко мне что-то есть?

Саша подозрительно покосился на девушку. У него сложилось стойкое ощущение, что из ничего им изложенного, Татьяна так и не услышала.

– Слушай...
– начал он.

– Покиньте служебное помещение, - попросила Леонова и отвернулась от мужчины.

Если первый раз Саша спустил то, как его перебили, то второго случая прощать не собирался.

"Чего это так похолодало?".

Таня передернула плечиками и, взяв поднос со стола, повернулась к Артемьеву.

"Святые небеса", - если мысленно она это и воскликнула, то внешне это никак не отразилось. Она даже бровью не повела, увидев разъяренного Александра.

– Если я говорю, то ты слушаешь, - пророкотал он.
– Усекла?

Фыркнув на такое заявление, Таня прошла мимо пышущего гневом мужчины и вышла в зал.

Его еще ни разу в жизни, так открыто не "посылали". Взревев в голос, Саша выскочил вслед за девушкой и, не обращая внимания на удивленные лица посетителей ресторана, схватил ее за руку и развернул к себе. Он никак не мог ожидать, что Таня уже где-то успела взять заказ, и только после того, как содержимое подноса осталось у него на рубашке, понял, как глупо он смотрится со стороны.

– Я не буду извиняться, - сразу предупредила Татьяна.

Буквально испепелив девушку взглядом, Саша уже собрался сказать что-то грубое, но услышал громкий смех своей сестры.

"Вот же язва-то", - тяжело вздохнул он и посмотрел на Ксану. Она сидела за столиком и просто "умирала" со смеху.

Весь гнев на произошедшее куда-то улетучился, осталась лишь только усталость и желание поехать домой.

Подбежавший администратор ресторана начал что-то быстро говорить Артемьеву и извиняться за неприятный инцидент.

– У Вас есть какие-либо претензии к данной девушке?
– спросил он, указывая на Татьяну.

Саша посмотрел на Таню, почему-то вспомнил Лешу и совместный завтрак. Улыбнувшись своим мыслям, Саша спокойно ответил:

– Нет, это целиком и полностью моя вина.

– Как скажете, - быстро отчеканил администратор и уволок Леонову подальше от Артемьева.

Ксана подошла к брату и сказала:

– Да Санечка не думала, что смогу увидеть, как тебя отшивает "мышь".

– С чего ты взяла, что она меня отшила?
– нахмурился Александр.

– Ваше общение было прекрасно видно через окошко на двери, - Оксана кивнула брату за спину, а он обернулся посмотреть, о чем говорит сестра.

Витражное окошко оказалось сделано так, чтобы любой посетитель ресторана мог прекрасно видеть приготовление блюд на кухне.

Ругнувшись в голос, Саша попросил Оксану заплатить за ужин на его рубашке, а сам пошел на выход из заведения.