— Я по-настоящему беспокоился, — сказал он. — О вас обоих. Как ты думаешь, какой шут в него вселился? Может, он запаниковал потому, что тебя тут не было?

— Боюсь, это явление не одноразового порядка. У Джонни полно проблем.

Том пожал плечами:

— Это не важно. Он может жить здесь, сколько захочет. — Он помолчал и добавил: — Ты тоже.

Том ушел в ванную готовиться ко сну. Я открыл его ноутбук и вошел онлайн на тот веб-сайт — 19thwife.com. Под ярлыком «Если Нужна Помощь» была информация о каком-то месте в Солт-Лейк-Сити под названием «Дом Энн Элизы Янг». И фотография старого дома под остроконечной крышей, с большим витражным окном. Наверху страницы стояло: «Мы всегда здесь».

Том вышел из ванной в священном тайном белье. Вот еще одна штука, которая восхищает меня в мормонах: это идиотское священное нижнее белье вроде по-настоящему сексуальное на самом-то деле. Роланд называет его «Божье неглиже». А это мне напомнило: я уже столько дней не говорил с Роландом! Он небось по-прежнему думает, что я завтра вернусь на ту работу в детской. Не так ли это и срабатывает иногда, я имею в виду — не так ли важные решения принимаются? Ты на самом деле их не принимаешь, ты просто вкатываешься в них, когда они становятся неизбежными. В какое-то время, между моей встречей с Томом в холле мотеля «Малибу-Инн» и сегодняшним вечером, я решил остаться в Юте, чтобы довести дело до конца.

— Вопрос, — сказал я.

— Валяй.

— Чего это ты все еще его носишь?

— А что? Тебе не нравится?

— Не в том дело. Разве ты не должен быть мормоном, чтобы носить такое нижнее белье?

— Формально — да. Только тут дело не в Церкви. Дело во мне. Помимо всего прочего, оно и правда очень удобное. Знаешь, что мне мама говорила, когда я мальчишкой был? Она говорила, когда носишь это белье, ты будто носишь обнимающие тебя руки. Я понимаю — это сентиментально, но это верно. Единственная проблема — надо рекомендацию от храма, чтобы его купить. Но я отыскал такой сайт онлайн, через который могу получать новое. — Том сел на кровать. — А ты как? Ты что, всегда одетый спишь?

А я и не заметил, что заполз в кровать в джинсах.

— Не знаю. Не думал об этом. Это тебя беспокоит?

— Такое ощущение, будто ты собрался свалить.

— Не надо так это воспринимать.

— Завтра куплю тебе пижаму.

— Лучше не надо.

Мы укрылись одеялом, а Электра пробралась под него и улеглась менаду нами. Джои отыскал себе местечко в ногах кровати. В комнате воцарилась тишина, слышались только вздохи собак.

— Джордан?

— Да?

— Могу я задать тебе вопрос про твою маму?

— О'кей.

— Какой она была?

— Что ты имеешь в виду?

— Какой матерью она была?

— Не знаю, довольно средней, учитывая все обстоятельства.

— Тебе удавалось много времени с ней проводить?

— Конечно.

— И что вы делали?

— Не знаю. Самые обычные вещи.

— Например?

— Ну, думаю, мы гулять выходили.

— Она тебе пекла что-нибудь? Печенье там, всякие такие штуки?

— Да нет.

— Нет?

— Это было как бы трудно — вообще что-то печь. Из-за всех этих кухонных правил.

— А что еще вы делали?

— Я иногда уходил к ней в комнату.

— Вы разговаривали?

— Ага.

— О чем?

— Про самые разные вещи.

— Например?

— Про Бога и Церковь и всякое такое. Но и про другое тоже говорили.

— Про что?

— Не знаю. Например, про солнце и какое оно разное бывает зимой и летом. И про горы — какие они красивые, когда под снегом. И про Вирджинию.

— А кто это?

— Наша старая собака.

— И что с ней случилось?

— Она еще жива.

— Ты, наверное, по ней скучаешь?

— По Вирджинии? Да, иногда.

— Нет, я маму имел в виду.

— Конечно, думаю, да.

Том примял свою подушку и повернулся на бок:

— Джордан?

— Да?

— Как ты думаешь, что с ней будет?

— Она либо выйдет оттуда, либо нет.

— А когда ты планируешь ее снова увидеть?

— Скоро. Очень скоро.

Утром я рассказал Тому про то место в СЛС.

— Отвезу туда Джонни.

— А может, есть местечко поближе?

Он собирался идти к своей стойке в холле, прикалывал именную планку к рубашке. Вид у него был бодрый, начищенный, щеки сияли утренней свежестью.

— Нет другого места, — возразил я. — Я не хочу, чтобы он устраивал тебе вечерочки вроде вчерашнего. Вернусь завтра.

— Дождись субботы. Я поеду с тобой.