— Уличный мальчишка навсегда таким и останется, сэр. Это остаётся с вами до самой смерти. Матери уходят, отцы уходят - если вы знали, кем он был, но Улица всегда за вами присмотрит. В крайней нужде, она сохранит нам жизнь.

Вилликинс вырвался чуть вперед и позвонил в дверной колокольчик, чтобы лакей успел открыть дверь как раз к появлению Ваймса на верхней ступени лестницы.

— У вас как раз остается достаточно времени, чтобы послушать как Сэм-младший читает, сэр, — добавил Вилликинс, поднимаясь по лестнице. — Удивительная штука, чтение. Как бы мне хотелось научиться читать, когда я был ребенком. Ее светлость в ее гардеробной, гости начнут съезжаться через полчаса. Мне нужно идти, сэр. Я должен научить эту толстую жабу - дворецкого - манерам, сэр.

Ваймс вздрогнул.

— Вилликинс, нельзя душить дворецких! Уверен, я читал про это в книге по этикету.

Вилликинс укоризненно посмотрел в ответ:

— Никаких гаррот, сэр. — сказал он, открывая для Ваймса дверь гардеробной, — но он сноб чистейшей воды. Я еще ни разу не встречал такого дворецкого, кто им бы не являлся. Просто нужно преподать ему урок верного направления.

— Так он же дворецкий, и это его дом.

— Нет, сэр. Это ваш дом, и поскольку я ваш личный слуга - я, по негласному правилу, старше любого из местных ленивых засранцев! Не беспокойтесь, я покажу им, как мы работаем в реальном мире, сэр…

Его прервал громкий стук в дверь, сопровождаемый вращением ручки. Вилликинс открыл дверь и внутрь вошел Сэм-младший, громко провозгласивший:

— Читаем!

Ваймс подхватил сынишку и усадил на стул.

— Ну, парень, как прошел твой вечер?

— Ты знал, — начал рассказывать сын, словно излагая результаты научных изысканий, — что у коровы большие круглые лепешки, а у овцы маленькие, похожие на шоколадки?

Ваймс постарался не оглядываться на Вилликинса, который сдерживал смех. Сэм постарался сохранить серьезный вид и ответил:

— Ну конечно, овцы же меньше.

Сэм-младший хорошенько обдумал этот вопрос:

— Из-под коровки шлепаются лепешки, — заявил он. — В книжке «Где моя корова?» про это не говорится.

Голос ребенка выдавал его крайнее беспокойство таким важным упущением.

— Мисс Фелисити Бидл не могла это пропустить.

Ваймс вздохнул:

— Могу поклясться, не стала бы.

В дверях показался Вилликинс:

— Я вас оставляю, джентльмены. Увидимся позже, сэр.

— Вилликинс? — позвал Ваймс, когда слуга уже взялся за ручку. — Ты упоминал, что мой кастет слишком скромен, по сравнению с твоим. Это правда?

Вилликинс улыбнулся в ответ:

— Вы же против шипастых кастетов, не так ли, сэр? — и тихо прикрыл за собой дверь.

Сэм-младший уже читал сам, что стало большим облегчением для его отца. К счастью труды мисс Фелисити Бидл не полностью состояли из красочных описаний отходов жизнедеятельности во всех их проявлениях. Ее малоформатные публикации для самых маленьких были регулярными и очень популярными, по крайней мере среди тех же детей. Это вышло благодаря тому, что писательница тщательно изучала свою аудиторию, и Сэм-младший оглушительно хохотал над «Маленьким свободным народом», «Войной с сопливыми гоблинами» и «Жоффрей и страна Каки». Мальчишкам определенного возраста они исключительно нравились. В данный момент сынишка хихикал и смеялся над книгой «Про мальчика, который не знал, как выковыривать козявки», и для мальчика которому только что исполнилось шесть едва не рыдал от смеха. Сибилла упоминала, что эти книги развивают словарный запас Сэма-младшего, и не только про туалетные темы, и это было правдой - сын действительно стал читать другие книги, где никто не собирается на горшок. Что, если хорошенько задуматься, само по себе фантастика.

Спустя десть минут насыщенного смехом чтения, Ваймс отнес сынишку в кровать, успел побриться и переодеться в ненавистный вечерний костюм за пару мгновений до стука в дверь. «Вот, что значит отдельные ванные и гардеробные… — подумал Ваймс. — Если есть деньги, ничто иное не сможет помочь сохранить счастье в браке».

И чтобы сделать брак еще счастливее, он разрешил Сибилле ворваться внутрь, одетой в настоящий ураган 24 , чтобы поправить ему рубашку, галстук и пригласить составить компанию.

— Я понимаю, дорогой, ты преподал кузнецу небольшой урок в безобидной стычке… — Она сделала паузу, которая повисла в воздухе как шелковая петля.

В ответ Ваймс сумел ответить:

— Тут творится что-то неладное, я чувствую.

— Мне тоже так кажется, — ответила Сибилла.

— Правда?

— Да, Сэм, но сейчас не подходящее время, чтобы это обсуждать. Гости прибудут с минуты на минуту. Я была бы очень благодарна, если бы ты поостерегся и не стал за ужином никого выбрасывать из окон. — По ее стандартам это было чрезвычайно строгое предупреждение. Ваймс поступил так, как поступил бы любой верный муж, что означает - никак. Внезапно внизу раздались громкие голоса и скрип подъезжающих экипажей. Сибилла расправила свои паруса и направилась вниз, чтобы побыть радушной хозяйкой.

Несмотря на все, что воображала его жена, Ваймс отлично вел себя на ужинах, насобачившись на многочисленных мероприятиях в Анк-Морпорке. Вся суть была в том, чтобы не вмешиваться в болтовню остальных гостей и во всем с ними соглашаться, а самому в это время поразмышлять о своем.

Сибилла сделала все возможное, чтобы сегодняшний вечер прошел как можно беззаботнее. Приглашенные были в основном людьми, проживавшими в сельской местности, но не являвшимися деревенскими обывателями. Отставные вояки, священник Ома, мисс Пикингс, старая дева с компаньонкой, другая строгая на вид дама с короткой стрижкой в мужской рубашке и карманными часами, и да, верно, мисс Фелисити Бидл. Ваймс решил, что вляпался, и сказал: