— Да, иначе я не стал бы их продавать. — Тони приблизился ко мне, мягкий бархат куртки коснулся моей руки, и я ощутила терпкий запах дорогого мужского одеколона. — Мы создаем еще настольные игры, но не простые, а такие, которые заставляют людей часами ломать голову над каждым ходом.

И опять они с мамой лукаво переглянулись, будто разыгрывая меня.

— Среди богатых очень много скучающих. Некоторые скучают всю жизнь, а некоторые начинают коллекционировать — кто антиквариат, кто живопись, кто наши игрушки. У людей иногда бывает столько денег, что они не успевают их тратить. Я предлагаю им выход. Они могут воплотить свою мечту в жизнь, получив игрушку по своему заказу. За порогом наших магазинов начинается сказка. Ты можешь путешествовать во времени, углубляясь назад в века или устремляясь в будущее. Но отчего-то люди предпочитают играть с прошлым. Может быть, они просто боятся будущего, — философски изрек он.

Я смотрела на Тони широко раскрытыми глазами. Он говорил о своих клиентах с каким-то снисходительным сожалением. Мне показалось, что он совсем не уважал их, хотя именно покупатели обеспечивали его процветание, именно они позволяли содержать сказочное королевство Таттертона.

— Смотри, — позвал меня Трой и потянул за юбку. Он гремел пожарной машиной размером почти с него самого. Все в машине двигалось, опускалось, поднималось, крутилось. Лица маленьких пожарных были вылеплены и раскрашены до мельчайших деталей, у каждого свое выражение, свой характер. Трой нажал на кнопочку, и взвыла сирена.

— Какое чудо, Трой! Ты, наверное, не расстаешься с ними? — поинтересовалась я.

— Может, поиграем? — тихо предложил он.

— Ли не сможет сейчас заняться игрушками, Трой, — вступил в разговор Тони. — Не забывай, мы на экскурсии по Фартинггейлу. Мальчик сник.

— Мы поиграем позже. Честное слово! — подбодрила я его.

Он кивнул и сразу засиял.

После комнат Троя мы осмотрели другие помещения, причем каждое последующее было роскошнее и больше предыдущего.

Обстановку всех гостиных составляла антикварная мебель, казавшаяся новенькой. Повсюду висели подлинные шедевры живописи. Туалетные комнаты ослепляли блеском медных и позолоченных кранов, труб, вентилей, ванны походили, скорее, на бассейны. И везде были зеркала, зеркала, зеркала, от обилия которых расступалось пространство.

Мама с Тони Таттертоном ушли вперед. Они так тихо разговаривали, что я не слышала ни единого слова. Впрочем, я вообще ничего не слышала, кроме серебристого голоса Троя. Он держался за мою руку и в доме, и когда мы вышли в парк, и все лопотал, лопотал.

Наша компания миновала пруд, оборудованный под бассейн, и приблизилась к саду. Трой продолжал свое щебетание. Не сразу я поняла, что слышу речь не по годам развитого ребенка.

— Садовник Борис собирается вырастить здесь маленькие деревца, — сообщил мальчик, указывая на лужайку, где трудились два работника. — Сейчас цветов уже мало, но весной их будет видимо-невидимо, так сказал Борис. Он хочет посадить их еще больше, чем было. И в лабиринте он тоже хозяйничает, — с явным уважением добавил малыш.

— В лабиринте?

Трой указал рукой направо, и я тут же увидела высокие стены кустарника высотой, по меньшей мере, футов двенадцать.

— И далеко он тянется?

— По всему склону. До самой хижины.

— До хижины?

— Ага, — кивнул Трой, вдруг выпустил мою руку, помчался к Тони и начал дергать его. — Ли хочет в лабиринт! Ли хочет в лабиринт!

Мама и Тони с удивлением посмотрели на меня.

— Я этого не говорила. — Развела я руками. — Трой настоящий чертенок. Хотя было бы забавно отправиться туда, — добавила я, оборачиваясь на зеленые стены.

— В лабиринте надо быть предельно осторожным, — предупредил Тони. — Люди частенько теряются там.

— А что, он большой?

— О да. По правде говоря, точных размеров не знаю, но Борис, наш старший садовник, утверждает, что он занимает пол-акра, если не больше.

— Давай пойдем в лабиринт, Тони! — завопил Трой. — Давай пойдем в лабиринт!

— Может быть, позже, дружок? Мы еще должны показать Ли купальню, сводить ее на берег, не так ли? Для одного дня вполне достаточно. — Тони покачал головой и добавил: — Боюсь, вам придется приехать сюда еще не раз, иначе Трой будет огорчен.

Я посмотрела на маму. Она не просто улыбалась. Она вся превратилась в улыбку, став похожей на знаменитого чеширского кота.

— Как насчет следующего уик-энда? — тем временем предложил Тони.

— Ой, приезжайте, пожалуйста, ну, пожалуйста, — начал умолять Трой.

— Я… мы… нас не будет в эти выходные, но мы вернемся, и тогда…

— А где же вы будете? — отрывисто спросил Тони у мамы. — Что-то не припомню, чтобы ты говорила об отъезде.