Особенно к драке с Клеа.

Он уже сто лет никому не проигрывал в рукопашную, кроме Шара. Мысль о том, что его одолела фея-химик, которая училась драться у людей, жгла сильнее, чем все порезы и царапины.

Родители Лорел хотели остаться дома, но Тамани убедил их открыть свои магазины и вообще вести себя как обычно. Не успела Лорел и рта раскрыть, как Тамани приставил к каждому полдюжины часовых — мало ли что. Благодарность в ее глазах была ему лучшей наградой.

— И что теперь?

Тамани поднял голову: Дэвид явно обращался к нему.

— Ждем новостей от Шара, — буркнул Тамани. — Сильве повел подкрепление в квартиру с троллями и с минуты на минуту объявит отбой тревоги.

— А если… — Дэвид замялся. — Если не объявит?

Из-за этого вопроса Тамани уже битый час чувствовал себя как на иголках.

— Не знаю. — Ему хотелось сказать, что он увезет Лорел туда, где ее никто не найдет — даже Дэвид, — и останется там, пока не убедится, что она в безопасности. Крайняя мера для любого фер-глейи. Однако Лорел уже решила никуда не уезжать, и, пожалуй, лучше не сообщать о своих планах заранее.

— Не нравится мне это, — сказал Дэвид.

— Угу, и мне, — раздраженно отозвался Тамани. — Здесь тоже не слишком безопасно, но пока это самое надежное убежище. — «Надолго ли?» — подумал он про себя и, скрестив руки на груди, посмотрел на Дэвида. — А ты хочешь уехать?

Дэвид смерил его недобрым взглядом.

Телефон в руке Тамани завибрировал, и на экране появился голубой конвертик — новое сообщение.

От… Шара?!

«Клеа и Юки сбежали. Догоняю».

Телефон снова зажужжал — на этот раз пришла картинка. Хотя Тамани ни на миг не расставался с «айфоном», он скорее рассчитывал на звонок Аарона. Или Сильве. Шар не умел обращаться с мобильником и упорно не хотел учиться. Тамани нажал на экран — раз, потом другой. Наконец телефон разблокировался. Тамани прищурился, вглядываясь в мелкое фото, и постучал по картинке, чтобы увеличить масштаб.

Понятнее не стало.

На снимке виднелся бревенчатый дом на фоне белого сооружения, напоминающего шатер. У дверей стояли две размытые фигуры.

— Что там? — спросила Лорел.

Он поманил ее к себе:

— Это от Шара.

— От Шара? — Лорел изумилась не меньше Тамани. — Шар написал тебе сообщение?

Тамани кивнул, внимательно изучая фотографию.

— Говорит, погнался за сбежавшими Клеа и Юки. — Он провел пальцами по экрану, приближая непонятные фигуры, и наконец решился озвучить свои подозрения: — Эти двое стражей… думаю, они не люди.

— Тролли? — Дэвид подал голос с дивана.

— Феи. — Тамани не отрывал глаз от телефона. — И, похоже, не скрывают этого. А дом, наверное… не знаю. Штаб-квартира Клеа?

— Может, позвонить ему? — предложила Лорел.

Тамани замотал головой:

— Ни в коем случае. Если он там, звонок его выдаст.

— А твой телефон может его найти? Через «Джи-пи-эс» или что-то такое?

— Да, но пока ничего не ясно. Фото пришло без текста; отсюда следует, что я не должен ничего делать. — Он сунул руки в карманы, по-прежнему сжимая телефон, и зашагал по комнате.

Мобильник тут же зажужжал. Еще одно фото.

— Что это? — Лорел указала на высокие зеленые стебли.

Тамани замутило: сын садовницы не мог не узнать характерные черенки.

— Ростки, — хрипло выговорил он.

— Что? — ахнула Лорел.

— Зародыши фей? — Дэвид встал с дивана и заглянул Тамани через плечо.

Тамани хмуро кивнул.

— Их же десятки! — воскликнула Лорел. — А почему многие срезаны?

Тамани лишь покачал головой, сердито уставившись в экран. Что имел в виду Шар? Ерунда какая-то! Конечно, Тамани не садовник, но жуткое состояние ростков очевидно. Они растут слишком тесно, а стебли чересчур короткие для таких луковиц. В лучшем случае рассада неухожена, а в худшем — намеренно и необратимо повреждена.

Однако больше всего его беспокоили срезанные стебли. Обычно луковицы срезают, когда хотят быстрее получить младенца. За всю жизнь мама Тамани поступила так лишь однажды, чтобы спасти умирающую крошку-фею, но только Клеа не заподозришь в материнской заботе. И зачем ей столько? Наверняка не для того, чтобы скрасить одиночество.

Мрачные размышления прервала новая картинка: металлическая полка, уставленная зелеными пузырьками. Зрелище было совершенно незнакомым, и Тамани повернул экран к Лорел: