— Дэвид, Дэвид! — позвал Тамани; тот не отвечал. — Дэвид! — заорал он. На этот раз Дэвид посмотрел в его сторону. — Не волнуйся — они не могут тебя ужалить.

— Да я понимаю. Но они меня касаются, и… — Он сплюнул. — И меня наизнанку выворачивает!

Понимая, как ему несладко, Тамани сдержал улыбку:

— Думаю, приманщики справятся и без нас. Идем отсюда.

Дэвид что-то одобрительно буркнул себе под нос и пошел вслед за Тамани.

— Скорее! — Тамани перешел на бег. — Сейчас они почуют зелье на дороге и отстанут.

Они побежали по закоулкам. Последний раз Тамани бывал тут совсем зеленым сеянцем. Пчелы начали разлетаться, и через несколько минут возле Дэвида осталась парочка самых настырных преследователей.

— Я думал, на этих троллей не действует магия.

— Пчелы обычные. — Тамани на секунду остановился, чтобы сориентироваться.

— А эти штуки, которые они разбрасывали на площади — стеклянные, — разве не зелье?

Тамани улыбнулся:

— Зелье. Только для пчел, а не для троллей. Вызывает агрессию к животным. К сожалению, ты к ним тоже относишься.

Дэвид кивнул и наклонился вперед, уперев руки в колени.

— Прекрасно. — Он сделал глубокий вдох и поспешил догонять Тамани.

Добежав до угла напротив дома Розлин, они обнаружили дюжину троллей, нависших над телами часовых.

— Око Гекаты! — Тамани метнулся к стене. — Наверное, подобрались с другой стороны, — сказал он, быстро выглянув за угол. Тролли шагали к ним — услышали, что ли? Или…

— Они нас чуют. — Тамани покачал головой и оглядел окровавленную одежду, проклиная свою беспечность. — Видимо, шли на запах крови.

Принюхиваясь, к ним приближался огромный низший тролль, похожий на безволосого гризли с человеческим носом. Тамани выскочил из-за угла:

— А вот и я!

Верзила помчался к нему с неожиданным проворством, так что Тамани еле успел занести копье. Безукоризненным движением меча Дэвид отсек троллю руку. При виде свежей крови остальные словно обезумели и яростно ринулись в бой. С трудом орудуя тяжелым мечом, Дэвид еле успевал наносить удары. Тамани отчаянно размахивал копьем, надеясь продержаться, пока Дэвид относительно не сравняет силы.

«Хотя бы три к одному», — с досадой подумал он.

Внезапно кто-то схватил его за лодыжку и потянул вниз: похоже, удача повернулась к нему спиной. Силясь удержать равновесие, Тамани не успел уклониться, и в плечо впились железные шипы. Он вскрикнул сквозь сжатые зубы и невольно ослабил хватку на копье. Тролль ударил его сзади под колени, и Тамани рухнул на раненую руку, мгновенно перекатившись на спину — как раз вовремя: первый тролль снова занес оружие, на этот раз целя прямо в голову. Защищаться было уже нечем.

Неожиданно ноги тролля подкосились, и он мешком повалился на Тамани, обжигая его ноздри тошнотворным запахом. Тамани попытался сбросить тяжеленную тушу здоровой рукой, но тут подоспел Дэвид и столкнул тролля на землю.

Дэвид вытащил меч из мощенной булыжниками дороги. Выглядел он немного растерянно.

— Ты спас мне жизнь. — Тамани с трудом встал и подхватил копье. — Снова.

— Это не я. То есть одного я прикончил. — Дэвид указал на разрубленное надвое тело тролля, который сбил Тамани с ног. — Потом повернулся к этому и занес меч, а он просто… упал.

— Наверное, отравленный дротик. — Тамани стал обшаривать тело, затем осматривать улицы, выглядывая неизвестного спасителя. Никого не обнаружив, он махнул в пространство в знак благодарности. — Бежим скорее в дом, пока нас еще кто-нибудь не выследил.

Ворвавшись в переднюю дверь, они застали Лорел с тем самым ножом, которым мама Тамани чуть было не прирезала сына. Тамани почему-то замутило, когда он увидел у Лорел нож. Наверняка ей до смерти страшно держать в руках оружие, пусть даже она и не способна никому серьезно навредить.

— Это ты! — с облегчением сказала Лорел, с отвращением отшвырнув нож, точно гнилой фрукт. — Они тут уже несколько минут. Мы ничего не могли сделать — только затаиться. — Она обвила руками их обоих, и Тамани невольно пожалел, что объятия не предназначены ему одному.

— Как Джеймисон? — спросил он.

Лорел только покачала головой:

— А вы как? Ранены?

— Неважно. — Тамани отстранил ее и пошел по коридору. Сейчас нельзя прислушиваться к себе, иначе боль захлестнет с головой.