Бука двигался не спеша, вслушиваясь в коварную ночь. Он снова начал чувствовать ЕЕ, Зону. Перед внутренним взглядом медленно проявлялась призрачная картинка, невидимая простым людям: трудно описываемая схема ловушек и сюрпризов, принесенных новой волной, нахлынувшей с темных земель. Вон, по правую руку, словно рассыпавшиеся капли, мертвенно тлеют небольшие комариные плеши – вполне достаточные для того, чтобы расплющить, как тараканов, неосторожных прохожих. А вон, у ворот, почти неощутимый, вращается смертоносный зев воронки. Туго придется тому, кто вздумает прорывать сквозь ворота – хоть на грузовике, хоть на танке.

Такова она, Зона – предпочитает ставить ловушки на самых очевидных для человека направлениях. Наверное, оттого и выживают из сталкеров только самые сдвинутые и подозрительные – те, кто не верит в очевидные пути, кто из природного скепсиса готов хоть на брюхе дать крюка в лишний километр, кто не ноет и не сетует на судьбу, а понимает главное: это Зона, бояться ее надо и уважать.

Он застыл на месте и сделал знак другим: остановиться. Шедшие позади замерли и даже дыхание затаили: страх заставлял солдат повиноваться гражданским, которые чувствовали себя в этом аду куда увереннее. Бука медленно опустился на одно колено.

Дорогу преградило тело. Он стразу узнал его – того самого капитана, который допрашивал его и даже строил планы на продажу своего подследственного. Точно, это был он – только мертвый, с застывшим выражением запредельного ужаса на лице. Непонятно, отчего капитан умер – никакой аномалии поблизости не наблюдалось, мутант же здорово подпортил бы его внешность. Может, работник комендатуры оказался просто излишне впечатлительным и помер от сердечного приступа – такое тоже случается. Зона – она убивает по-разному.

– Не нравится мне это, – мгновенно среагировал Попугай. – Какой-то он целехонький, даже румяный, будто вздремнуть прилег…

– Не жалко приятеля? – неприязненно поинтересовался Бука.

– Захлопни варежку, – беззлобно отозвался Попугай, продолжая разглядывать мертвого капитана. – Ладно, давай в обход…

– Зачем – в обход? – растерянно поинтересовался сержант. – Вон, в стене калитка открыта, прямой проход на территорию части! А там до арсенала – пара шагов!

– Ну, давай, вперед, если такой умный, – спокойно предложил Попугай. – А мы посмотрим: может, там действительно короткий путь.

Сержант выпученными глазами посмотрел на сталкера, на калитку с маняще приоткрытой железной дверью, на тело мертвого капитана. Судорожно облизнул губы, покачал головой:

– Нет уж… Ведите…

Они медленно двинулись вдоль стены. Бука уже поглядывал наверх – где видел разрыв в колючей проволоке, когда на сержантской сбруе зашипела рация.

– Ну что там? Добрались? – нетерпеливо спросил искаженный помехами голос. Отчего-то Зона недолюбливает радиосвязь, и даже с соседним зданием здесь проблема связаться.

– Ну… Почти, – проговорил сержант.

– Что значит – «почти»? – рявкнула рация, и Бука сразу узнал полковника. – Где вы?!

– Метров семьдесят прошли, – пробормотал сержант. – Уже у стены…

– Какой, нахрен стены?! – «зафонив», завопила рация. – Сюда уже какие-то твари подбираются – боеприпасы давай! Бегом!

Сержант ошалело поглядел на Попугая. Тот лишь пожал плечами:

– Можете и бегом, если жить надоело. Мы и так достаточно быстро продвигаемся.

– Расстреляю к чертовой матери! – гаркнула рация. – В дисбат отправлю!

– Но сталкеры сказали, быстрее нельзя, – проговорил сержант.

– Слушай приказ, – более отчетливо произнес динамик. – Если откажутся двигаться быстрее или будут мешать продвижению – расстрелять на месте. Грохни одного, чтобы другой зашевелился.

– Есть… – протянул сержант и щелкнул предохранителем автомата, направив ствол Попугаю в живот. То же самое сделали и солдаты.

– Дурак ты, сержант, – бесстрастно сказал сталкер. – Сдохнешь ты здесь без меня. Кто ж тебя обратно поведет?

– Он поведет! – сержант кивнул в сторону Буки.

– Ну, да, – неприятно ухмыльнулся Попугай. – А уж с ним ты сдохнешь наверняка.

Наверное, это был намек на давнюю сталкерскую байку, которую Бука однажды услышал с немалым удивлением. Потому что байка была не про кого-то, а про него, Буку, и гласила она, что все, кому помогает этот странный парень, за помощь эту расплатятся жизнью. Такой вывод делался на основании того, что все, с кем Бука когда-либо ходил, за хабаром, рано или поздно погибли. При этом почему-то не бралось в расчет то, что сталкер – это в принципе опасная работа. Хочешь, не хочешь, а больше половины сталкеров так и остаются в радиоактивной землице Зоны.