— Ну, в нашем языке это слово означает не только командира корабля, — сказал майор, — Это еще и воинское звание. Ну где-то как сотник…

— У вас сотник равен капитану корабля? — я очень сильно удивилась. — Но ведь научится управлять кораблем гораздо сложнее, чем командовать сотней. Да и на корабле, особенно военном, больше сотни матросов как правило…

— Не совсем так. Просто это слово имеет два значения, никак друг с другом не связанных. В данном случае и Тирли и Стингер именно что-то вроде сотника, хотя сотнями никогда не командовали…

— А, я поняла, у нас так же примерно… Когда нанимают опытных воинов, им тоже дают офицерские звания. Чтобы обычные офицеры перед ними нос не задирали. Когда папа командовал охраной бургомистра Оэсси, у него было звание тысячника, хотя под его рукой было всего пять десятков воинов. А мама была помощником тысячника, хотя вообще никем не командовала. Вообще, в Оэсси пять тысячников, но из них только двое командуют таким количеством воинов. Шестым был мой папа, я не знаю кто после моего рождения занял его место, и седьмым — начальник контрразведки. У всех остальных воинов в городе звания были меньше.

— А кто в таком случае был общим главнокомандующим, — внезапно заинтересовался Стингер.

— В мирное время никто, — пожала плечами я, — у каждой тысячи — свои задачи. Их они и выполняли. Если надо было сделать что-то, выходящее за рамки задач — решения принимал весь магистрат голосованием. Непосредственно бургомистру подчиняется только тысяча городской стражи и его телохранители. Но тысяча городской стражи — это только название. Там человек триста-четыреста обычно. Ну теоретически на случай войны или еще какой опасности, магистрат голосованием выбирает генерала, начальника всех вооруженных сил Оэсси. Но уже очень давно не было задач, с которой не справилась бы одна из тысяч. Тысяча воинов — это очень много.

— Н-да, и тут демократия, — с каким-то непонятным выражением лица протянул Потапыч.

— Ой, мой папа всегда так же это слово говорил. Только потом ругался очень сильно, когда думал, что я не слышу. И мне его значение объяснять отказывался, — ну вот, как только папу вспомнила, так сразу опять грустно стало и плакать захотелось. Чего то я совсем расклеилась…

— Слушай, Шелли, а ты как-то мельком говорила что есть какая-то одежда, чтобы наше обмундирование прикрыть можно было, — майор заметил мое испортившееся настроение и поспешил сменить тему.

— А, да пыльники. Тут в лесу пыли мало и ребята их должны были сложить в последний фургон, где все барахло каравана.

— Как они выглядят то?

— Ну как, как пыльники. Такие длинные, до земли, из грубой кожи, с рукавами, тоже длинными. Застегиваются спереди, сзади разрез почти до пояса, чтобы верхом было удобно ездить.

— Ага, я что-то такое видел, — кивнул Потапыч, — когда барахло перегружали…

— Так тащи сюда, — приказал майор, — примерим, как раз все в обвесе. Да, Шестой, приближаются в том же темпе?

— Ага, — жрец кивнул, — на закате остановились, минут на сорок, потом опять. Километров сто семьдесят — сто восемьдесят. Но ощущения немного другие…

— Ого, ваш жрец чувствует разумных на расстоянии? — у меня в очередной раз отвисла челюсть.

— Только вампиров. И то мы не уверены, завтра проверим. Ну раз время есть разрешаю тем кто не дежурит броню на ночь снять. А то мы завтра не группой будем, а командой инвалидов, если еще одну ночь так проспим. Ну где там четвертый, спать надо ложиться уже.

Потапыч приволок охапку пыльников и люди начали выбирать себе подходящие. С трудом, но оделись. Здоровяку пришлось хуже всех. Два пыльника он попросту порвал, пытаясь натянуть на свои широченные плечи. Так просто может и влезло бы, но на их кирасу, да еще и сумки… С огромным трудом один из пыльников Потапыч таки смог надеть не повредив. Швы угрожающе потрескивали, но вроде держались. Вот только коротковата ему одежка оказалась, полы были чуть ниже колена.

— Ну что, Шелли, сойдем мы за местных? — спросил Стингер весело чему-то улыбаясь. Я с сомнением покрутила головой:

— Для т'сареш пожалуй и сойдет, но вот в десяти городах в таком виде вам лучше не появляться… Засмеют. Даже больше внимания привлекать будете, чем в обычной одежде. Наверное придется в Перевальном вам что-нибудь прикупить…

Я еще раз с сомнением осмотрела их. Ну чего же не хватает то? А, точно…

— Ребята, а куда вы оружие наших дели?

— Ну, собрали и сложили все в повозку с телами, — ответил Потапыч, — а что?

— Возьмите себе по клинку, хотя бы для вида. А то как-то странно… Вы ж на магов ну никаким местом не похожи, а человек без оружия… Ну ладно в городе, там никто мечи таскать не любит, да кинжала за глаза и за уши обычно. Копья было бы конечно логичнее, вас я как слуг, а не воинов представлю. Но наверное вам не надо, чтобы руки были заняты?