Антониетта противостояла силе и мощи буре эмоций, бушующей в небесах. Ее руки накрыли раны, когда она попыталась определить ущерб, нанесенный его телу.

— Когда был нанесен удар, Джозеф остановил свое сердце и легкие, — Байрон надеялся, что говорит ей правду. По меркам их народа, Джозеф был еще очень юным. Полностью отключиться после получения смертельной раны было непростой задачей.

— Элеанор и я сейчас помогаем ему. Его жизненная сила очень слаба. Удерживание его на земле, задержит нас, — услышал Байрон голос Влада, наполненный страхом и решимостью. — Я не смогу помочь тебе выслеживать кошку и одновременно удерживать сына подле нас.

— Я сам позабочусь о кошке, Влад, не дай ему угаснуть.

— Где сейчас ягуар? — Антониетта искала способ закрыть рану. — Nonno во дворе, к тому же должен прийти Франко, чтобы присмотреть за ним. Поторопись, Байрон. Кошка пришла сюда с намерением убивать.

Байрон вырвался из темноты, являясь самой сущностью силы, и промчался мимо Антониетты, следуя за кошкой. Она ощутила прикосновение его руки к своей щеке.

— Ты знаешь, что делать, — его голос был невероятно нежным. Наполненным полнейшей веры.

Она должна спустить мальчика на землю. Ей потребуется земля и ее собственная слюна. И хотя Байрон не сказал ей этого, она почерпнула это знание из его головы. Но она находилась на бойнице.

— Ты видишь Кельта или nonno? Или хотя бы Франко? — Франко мог бы отнести Джозефа в сад.

Байрон полетел в сторону бухты. Кошка должна будет направиться туда, чтобы скрыть свой запах.

— Не вижу никого из них.

Карпатец потянулся к собаке, связь с которой он установил несколько недель назад. На краткий миг Байрон уловил проблеск кустов, скамейки, дона Джованни, сидящего на это скамейке, захваченного в ловушку и неспособного двинуться, с Кельтом, расхаживающим вокруг него. Послав ободряющий образ Антониетте, он припал ниже к земле, под прикрытие тумана.

Угроза не исчезла. Антониетте хотелось броситься к Байрону, убедиться, что он вне опасности. По ее коже так и ползли мурашки от желания измениться. Внутри, в самом центре ее живота, распространялась тьма, такая же черная, как и тучи, кружащиеся над ее головой. Она выдохнула имя Байрона, желая предупредить его об опасности, но в то же время опасаясь отвлечь его в самый неподходящий момент.

Уловив шелест одежды об одну из скульптур, Антониетта повернула голову на звук и вздохнула.

— Хелена. Слава милостивому Dio. Пожалуйста, найди как можно скорее Франко. Мы должны оказать этому бедному мальчику посильную помощь. На него напала дикая кошка. Та же самая, что убивает остальных по ночам.

— Вы уверены, что это та же самая, синьорина Скарлетти?

Антониетта осторожно открыла глаза, стараясь сфокусировать зрение на экономке. Женщина продолжала двигаться к ней. Антониетта не могла сказать, насколько близко та подошла. Тело было искажено, подергиваясь тошнотворным образом. Пятна прыгали перед ее глазами, летели ей в лицо. Цвета мерцали. Красные, желтые. Темно-синие. Как якорем, впившись ногтями в ладони, она не отрывала глаз от Хелены, заставляя себя смотреть.

— Сомневаюсь, что существует две кошки. Пожалуйста, приведи Франко. Мы должны спасти жизнь этому мальчику.

Хелена продолжила приближаться. На сей раз быстрее, ее лицо начало удлиняться, пока не превратилось в морду, ее тело искривилось, согнувшись, пока она не встала на четвереньки.

Антониетта ждала, готовясь к прыжку кошки, и, когда та напала, откатилась в сторону, используя свои новые способности, чтобы взять вверх над ягуаром и приземлиться на краю бойницы. Ягуар зарычал, принимая получеловеческую форму. Хелена склонилась над Джозефом, не отрывая при этом глаз от Антониетты. В них сверкала ненависть.

— Зачем ты это делаешь, Хелена? — спросила Антониетта, ее голос был спокоен. Ветер обрушился на них, ероша шерсть на большой кошке и высвобождая пряди из косы Антониетты, чтобы отбросить той на лицо.

— Синьорина Скарлетти, — Хелена выплюнула эти слова. — Как я ненавижу это имя. Вашу драгоценную семейку. Это должна была быть моя семья. К ней принадлежу и я, но никто из вас не захотел увидеть этого. Я была у вас прямо под носом, но вы все отказывались замечать.

Антониетта напрягла зрение. Хелена перенесла тяжесть тела с одной ноги на другую, рыча от ярости и ненависти. Одна когтистая рука потянулась, чтобы сбросить тело Джозефа с бойницы. Не раздумывая, Антониетта бросилась вперед, с силой нанося удар, соприкасаясь с удивленным лицом Хелены. Сила инерции отнесла ее за экономку. Но карпатка подобралась и перекатилась, снова вставая на ноги, потрясенная своей собственной ловкостью и разворачиваясь лицом к женщине. Не колеблясь, Антониетта прыгнула назад к Джозефу, нанося еще один удар прямо в лицо Хелены, сбрасывая ее с бойницы.