— Вот, длинная юбка королевско-синего цвета и легкая блузка с перламутровыми пуговицами, — приняла решение Таша. — Образ идеальный. Пианистка, деловая женщина и к тому же ультраженственная.

— Длинная юбка, Байрон. Ничего сексуального.

— На сегодняшнем ужине я буду думать о маленьком кружевном бюстгальтере, который ничего не скрывает и «танго». Этих чудесных маленьких «танго», мысли о которых преследуют меня каждую минуту бодрствования.

— Ты меня беспокоишь. Но больше всего меня беспокоит, что мне нравится то направление, в котором ты думаешь. Ты нашел ягуара? Пола здесь нет, но Таша и Франко оба на месте.

— Кошка прокралась через бухту и спустилась вниз, к пещерам, где есть вход в туннель. След ведет от палаццо и снова к нему. Вода уничтожила все следы запаха. А сейчас поспеши и оденься. Твоя экономка, кстати, вымещает свою ярость на поваре.

Ягуар сознательно воспользовался водой, чтобы спутать запах. Байрону не удалось найти четкого следа, ведущего из бухты. Из множества людских запахов, смешавшихся воедино, невозможно было выбрать один-единственный, принадлежащий оборотню. Байрон замаскировал свое присутствие и взмыл вверх на балкон Антониетты, посылая быстрое заверение Кельту, чтобы борзая не насторожилась и не встревожила женщин. Одно из окон было повреждено достаточно сильно. Ягуар пытался прорваться в комнату, определенно желая напасть на Антониетту.

Байрон со всей силы вцепился в балюстраду. Антониетта была превыше всего. Он не мог больше позволить себе выжидать, когда на нее стал охотиться такой враг. Она должна быть с ним.

— В чем дело? Ты такой печальный. Возвращайся ко мне, и переставай думать о случившемся. Со мной ничего не случилось и не случится. Ты дал мне Кельта, помнишь?

Ее голос наполнял его счастьем, но одновременно и разрывал его сердце. Он должен найти способ заставить ее понять. Ему хотелось, чтобы она выбрала его жизнь. Любила достаточно, чтобы выбрать его. Ее семья и ее музыка были всем ее миром. Должен же быть способ дать ей все это и при этом делить и защищать ее жизнь.

— Байрон, в чем дело? Я делюсь с тобой своими проблемами, поделись и ты своими со мной.

Обида свернулась в ее мыслях. Байрон выпрямился.

— Позже. После того, как ты повстречаешься с моей семьей. У нас будет уйма времени для разговора. Я иду.

Воспользовавшись трещиной в окне, он туманом просочился в ее спальню, а затем проскользнул под дверью, ведущей в коридор, поэтому, когда она вышла одетая, он уже ждал ее. Он даже позаботился ради нее одеться в костюм.

Таша отвернула от него свое лицо и впервые ничего не сказала. Байрон разглядел, как краска проступила под ее кожей, когда она сжала руку Антониетты, а потом бросилась прочь. Он же просто стоял, глядя на свою Спутницу жизни. В этот момент он понял, что всегда будет ощущать этот первый миг чуда каждый раз, когда будет видеть ее. Испытывать радость от ее существования. Она стояла перед ним, одетая в какое-то синее творение, которое подчеркивало все ее изгибы и кружилось и колыхалось, словно живое, когда она двигалась. Он лишился дара речи, на минуту потеряв способность думать.

— Повар действительно расстроен?

Байрон прочистил горло, любуясь ею. Она, очевидно, не представляла, как подействовала на него, и это было хорошо.

— Послушай, ты сама сможешь услышать, как он спорит с экономкой и своим помощником.

Антониетта с удивлением обнаружила, что действительно может это сделать. Ей просто надо было захотеть услышать. Спор просто бушевал на кухне. Она вздохнула.

— Не бывает ничего легкого, не так ли?

Байрон взял ее под руку. Кельт встал по другую сторону подле нее. И они направились вниз в огромную кухню. Некоторые работники резали и измельчали, ароматы хлеба и бульона наполняли помещение. Когда они появились, все до единого замолчали.

Антониетта выдавила улыбку.

— Уверена, здесь нет никаких проблем. У нас совсем мало времени, чтобы приготовить этот обед. Наши гости могут прибыть в любую минуту, и все должно быть идеальным. Я отправила пересмотренное меню и попросила ирландскую кружевную скатерть и лучший китайский фарфор. Палаццо должно выглядеть безупречно. Если вам придется попросить горничных поработать сверхурочно, то, пожалуйста, скажите им, что это будет компенсировано им должным образом, — на мгновение она заколебалась, поскольку привыкла иметь рядом с собой Жюстин, которая заботилась обо всех деталях, и не знала как поступить дальше. По правде, она редко выходила за пределы того, чтобы отдавать Хелене приказы.

Лицо Хелены стало матово-красным.

— Я способна позаботиться об этих вещах, синьорина, — ее голос был жестким. — Вы больше не уверены в моих способностях управлять персоналом?

— Нет, конечно, нет, Хелена, — торопливо промолвила Антониетта. — Только этот обед очень важен для меня. Я слышала, что шеф-повар, похоже, возражает против меню…

— Cara, bella, по правде, моя семья будет довольна всем, что бы ты ни выбрала для подачи на стол. Им нет до этого дела. Они придут встретиться с тобой, — Байрон положил руку на плечо Антониетты, ища способ успокоить ее нервозность при мысли о встрече с его семьей. — Они так счастливы, что я нашел тебя. И с огромной радостью примут тебя в нашу семью. Элеанор была так рада, когда услышала, что мы связаны.