14

В затихшем было зале все зашумело, задвигалось. «Зачем?..» — «Вот балда!» — «И кто его за язык дергал!» — выделялось в гуле взбудораженных, раздосадованных голосов. Перед Федоровым промелькнули стопка книг в комнате Виктора, выписки из Ницше и Гессе, обрывки разговоров о каратэ, о «беспредельном человеке»... В другое время он и к словам сына отнесся бы иначе, но сейчас... Все в нем кипело. Ах ты щенок! Нашел, где шутить, кого дразнить!.. Но наступил черед Горского задавать вопросы, и Федоров, как и все вокруг, с надеждой повернулся к нему.

Подобно уверенному в своей популярности артисту, адвокат выдержал паузу — не слишком длинную и не слишком короткую, а именно такую, как нужно.

— У меня тоже есть несколько вопросов к моему подзащитному, но они имеют более непосредственное отношение к делу,— зарокотал его сочный, неотразимый баритон.— Скажите, Федоров, это знаменитое ка-ра-тэ, которое привлекло столь пристальное внимание моего коллеги...— Он по слогам и с пренебрежительной улыбкой выговорил слово «каратэ».— Так вот, ка-ра-тэ было вашим единственным увлечением в спорте?

— Нет, не единственным.— Виктор смотрел на Горского прищурясь, словно пытаясь угадать, куда он клонит.

— Не единственным... А еще?

— Были еще и плавание, и фехтование...

— Отлично... Итак, вас, как и многих, в спорте привлекало отнюдь не только ка-ра-тэ... И когда вы имели дело с рапирой, в иные минуты вам, легко допустить, хотелось померяться отвагой и ловкостью с д’Артаньяном... Однако следует ли отсюда, что вы бросались из спортзала на улицу и кололи всех прохожих подряд?

Послышался смех, кто-то прыснул в кулак, хотя сам Горский сохранял на лице предельно серьезное выражение. Катушкина — и та улыбнулась, по тут же, словно вспомнив о чем-то, стерла улыбку с губ.

— Что?.. Я не расслышал ответа.

— Нет, я никого не колол.

— Так мне и представлялось... Теперь скажите, подзащитный, вы упомянули, что вам иной раз доводилось выручать товарищей, решая за них контрольные. Стало быть, вы не были слабым или отстающим учеником? Ну, а случалась ли вам, защищая честь школы, участвовать в олимпиадах, занимать призовые места?..

Пока Виктор перечислял олимпиады — по физике, математике, список вышел впечатляющим,— Горский стоял, подняв правую руку с вытянутым указательным пальцем, как бы призывая всех слушать и запоминать...

— Скажите, подзащитный, когда вы обнаружили, что у вас пропала расческа?

— Не помню. Наверное, дома. Или на другой день.

— И как вы поступили — отправились ее разыскивать?

— И не подумал. Расческу можно купить в любом магазине.

— Случалось ли вам до того терять подобные вещи? И если да, то что именно?

— Мало ли что... Ручки, перочинные ножи...

— И вас это не тревожило? Вы не думали, например, что ваш перочинный нож кто-то может использовать отнюдь не для того, чтобы срезать с яблока кожуру?..

— Нет, не тревожило.

— Почему же? Ведь нож-то ваш?

— Ну и что? Нож мой, а если кто-то его использовал не для очистки яблока... Ему и отвечать,

— «Ему и отвечать»...— повторил Горский как бы невзначай, склонясь на секунду над своим столом и сделав короткую пометку в бумагах.— А теперь поясните, вы когда-нибудь встречали Стрепетова, знали его?

— Я уже говорил — нет, никогда его не видел.

— Значит, у вас не было по отношению к нему ни вражды, ни зависти, ни каких-либо мстительных чувств?

— Я ведь сказал, что никогда его не видел.

— А ваши товарищи?

— Они тоже.

— Может быть, вы испытывали нужду в деньгах? Вы ведь сами сказали, что вам порой не хватало карманных денег... Именно карманных, поскольку джинсы, магнитофон, проигрыватель, гитара, то есть все, что ценят юноши вашего возраста, у вас имелось?..

— Да, у меня все это было.

— А если что-то в таком роде вам хотелось иметь, вы обращались к родителям?

— Да.

— И они... Они шли вам навстречу?

— Да,— губы Виктора насмешливо дрогнули,— они шли мне навстречу.

— А родители ваших друзей — Николаева, Харитонова? Они тоже не отказывали своим детям?

— Тоже.

— Так что, если бы вам очень понадобились карманные деньги, в пределах, скажем, трех-четырех рублей, то вам бы не отказали?.. Повторяю: если бы вам очень понадобились эти деньги?