Знала бы, что так надолго иду, конфету бы взяла с собой. Вот дура, ну что стоило конфетку в карман сунуть? Сейчас бы покушала.

Ну, ничего. Уже близко. После поворота наш дом станет виден. Вон, как раз из-за этого поворота какая-то девчонка вышла, навстречу мне идёт. У неё пальто почти как моё, такое же красное. Правда, моё дома сейчас лежит. Я в Сашкином пальто вышла, оно теплее. Да и шапка её тоже на мою похожа, на белую, в которой я ночью сплю.

Что-то какая-то фигура у этой девчонки знакомая. Нет, пальто у неё не похоже на моё, оно вообще точно такое же! И шапка такая же! Так это же…

Сашка!!

Он тоже увидел и узнал меня. Остановился. Ждёт, пока я подойду. Сашка! Сашка, который три недели не выходил из дома, сегодня вышел на улицу. А вещи мои он надел, потому что больше нечего было. Ведь его пальто и шапка ушли на мне.

Подхожу ближе, смотрю, а он плачет. Стоит на месте, смотрит на меня и молча плачет. Какой глупый, ну зачем, зачем он вышел на улицу?! Он ведь ещё слабый! А Саша мне говорит:

— Лена, а я искать тебя пошёл. Ты так больше не делай, пожалуйста…

Вот интересно, и откуда они берутся, а? Вши эти несчастные. В мирное время-то не было их ни у кого. А тут расплодились как-то. Откуда взялись —непонятно. Бороться же с ними очень сложно. Лучше всего, понятно, помыться и постирать одежду. А ещё лучше прокипятить. Угу. Только где мыться-то? И стирать как? Сейчас это совсем не просто.

Чтобы постоянно не чесаться, я придумала способ хотя бы временного уменьшения количества этих паразитов на мне. Утром разжигала буржуйку, дожидалась, пока она раскалится, заставляла Сашку отвернуться к стене, а потом быстро раздевалась, стоя прямо рядом с буржуйкой. Любопытные, кстати, ощущения. Стоять голой можно только вплотную к буржуйке, прямо около неё. Так и получается, что одному боку горячо, обжигает, а второй бок мёрзнет.

Раздевшись, я брала молоток, раскладывала на столе свою одежду и простукивала ей молотком швы. Особенно в белье, там вшей больше скапливалось. Потом я вытряхивала из тряпок дохлых вшей, одевалась, брала чайник и уходила за водой. Пока я ходила, Сашка успевал так же простукать свою одежду.

Конечно, всех вшей таким способом не убьёшь. Кого-то я пропускала. Они ещё и в волосах у меня были. Но всё равно, на какое-то время их становилось меньше. Обычно, до вечера. В кровати-то они тоже были и как только мы с Сашей туда забирались, вши к нам возвращались.

А сегодня я помылась! Даже голову с мылом помыла. Сначала Саша подстриг меня, как сумел. Он коротко стриг, как мальчика. Ничего страшного, после победы снова косу отращу. Зато в коротких волосах вшей меньше будет. Конечно, получилось у Саши неровно и некрасиво, но пусть хоть так. Потом я его тоже подстригла. И так же неровно, как и он меня. Ну, а после стрижки купание началось. Так здорово! Я ведь последний раз в баню ещё в начале октября ходила, сейчас закрыты все бани. Но праздник же. Сегодня ведь Новый Год. Мы с Сашей решили, что назло всем фашистам у нас сегодня обязательно будет праздник. Мы с ним будем встречать Новый Год!

Уже три дня готовимся к нему. Позавчера по Сашиной крупяной карточке я купила бутылку водки. Крупы всё равно никакой не было и пришлось брать то, что давали, пока не начался январь и карточка не пропала. Вместо крупы, отчего-то, давали водку. По детским карточкам ничего не давали, а по Сашиной дали.

Эту водку мне потом весьма удачно удалось обменять на комок сладкой земли. Очень большой комок, с мою голову размером. Это с Бадаевских складов земля. Там когда в сентябре пожар был, сахар расплавился и растёкся по земле. Как с едой плохо стало, люди принялись ходить к бывшим складам, да растёкшийся по земле сахар собирать. Вместе с землёй, понятно. Такую землю нужно залить водой и долго варить. Потом дать отстояться. Сама земля осядет на дне, а вода сверху будет сладкой и её можно пить.

Вчера мы продолжили готовиться к празднику. Стирку я устроила. Постирала простыню, а также бельё и рубашки себе и Саше. Не те, что на нас, понятно, а другие. Чтобы в чистое переодеться на праздник. Саша мне три рубашки своих отдал, из числа тех, что ему самому малы. Их, вообще-то, для Вовы берегли, но теперь это мои рубашки. Я ведь сейчас всё время в штанах хожу, а носить платье со штанами совсем неудобно. Своих же рубашек у меня почти не было. Всего две штуки, что я с синей юбкой надевала. Но они обе летние —тонкие и с короткими рукавами.

А сегодня, 31 декабря, у нас банно-прачечный день. Дров уже извели раза в три больше, чем в обычный день. И ещё будем жечь. Праздник! Пусть Гитлер сдохнет от злости, у нас праздник!

И мы с Сашей помылись! Воду я вчера полдня таскала. И сегодня таскала, мало воды оказалось. Сначала я мылась в тазике около буржуйки, а Саша сидел за столом и вязал. Потом мы поменялись. Я, уже чистая, сидела у стола и читала, Сашка же у меня за спиной плескался.

Теперь вот я в магазин пошла, а Саша дома остался стирать. Он всё ещё слабее меня. Мы простыню на постели поменять решили к Новому Году. Одну я вчера постирала, а сегодня мы сняли с кровати ту, что там лежала весь последний месяц. Саша её теперь и стирает, пока в комнате тепло. Мало ли, вдруг ещё захотим простыню менять. У нас чистая уже будет.