Это была удобная тактика, дабы воздержаться от всякого рода объяснений, обозначить свою позицию скупым образом, весь смысл которого в его бессмысленности. Никаких резких выпадов, обвинений и разоблачений, лишь призывы к христианскому миру и согласию. Такая практика не будет резать слух ни власти, ни оппозиции, даже если они поменяются местами. Под емкими словами "власть" и "оппозиция" Цезарь сейчас понимал москвичей и киевлян. Цезарь был из тех людей, которые не только замечают, но и анализируют чужие ошибки.

У него было свое особое мнение насчет пришлых людей. Однажды осенью 1992 года его ребята наехали на Илью Петрашева, открывшего в Севастополе отделение партии Русского национального единства. Цезарю не понравилось, что четверо из потенциальных бойцов, которых он приметил в спортивных секциях для своей бригады, поддались соблазну униформой чернорубашечников и вступили в фашисты. Но у Цезаря хватило мудрости оставить Петрашева в покое. Цезарь не стал громить офис фашистов. Иные подумали, что его остановил отчаянный вопль фанатика, который стал пугать Цезаря возмездием баркашевцев. Да нет… В этой угрозе правдоподобным был лишь плавающий зрачок в наполненных мокротой белках местного фюрера. Но Цезарь не захотел связываться, потому что дал себе зарок — не трогать говно. А еще он вспомнил об одном проколе Арсена, этого ублюдка, который возомнил о себе Бог весть что.

Однажды в Севастополь приехала прокутить награбленное бригада киевских бандитов, специализирующихся на откровенном разбое. Фестивалили всласть, гудели на славу, а когда окончательно выпотрошили карманы, объявились средь бела дня в ювелирном магазине, который открыл Арсен, сгребли золотишко в авоську и умотали домой. Арсен вычислил, у кого гостили гастролеры, киевлян опознали, Арсен раскопал даже их домашние адреса. И в Киев вдогонку помчалась команда, которой суждено было застрять в украинской столице навсегда. Умные люди раньше высказывались, что Арсен решает вопросы, как пожарник. А теперь откровенно говорили: "Арсен в Севастополе разобраться не может, лезет в Киев местную мафию щемить".

— Не щадит своих парней… — прошелся по Арсену Цезарь. А про себя лишний раз подумал, что гастролеров и пришлых людей, будь то блатные, приехавшие принять солнечные ванны, или отдыхающие от кровавых будней на крымских пляжах иногородние мафиози, нельзя недооценивать. Будь то даже самые заурядные гопники. За ними следует присматривать, к ним надо приставлять хвост и водить до убытия.

Пришлые люди могут чинить беспредел, потому что на крымской земле они кочевники. Нагадят и исчезнут. Их здесь ничто не держит.

— Наш покой нарушили пришлые люди. Мало того, что их никто сюда не звал, а они уже посягают на местные устои, которые мы с вами чтим, — держал речь босс из северного Крыма. Его слова были созвучны с мыслями дядюшки Цезаря. — Меня уже залетные из Днепропетровска второй год изводят. Разворошили почву под ногами. Палубу этого корабля меньше качает, чем крымскую землю после прихода незваных гостей.

Цезарь думал еще и о том, верно ли он определился со своей гибкой дипломатией. Быть может, стоило принять чью-то сторону… "И тут же подставить свой череп…" — осек он себя на мысли. Его московская "подвязка" в лице Бейсика помогла навести видимый порядок. Все рэкетиры теперь сносили долю в общак Цезаря. Но зато в городе появилась новая бригада. Пока это новое формирование находилось в стадии развития. Это Бейсик посадил здесь верного человека на будущее, потому что наверняка знал, что Цезарь юлит, что он никогда не станет облизывать пятки кому-то, так как слишком свободолюбив. Нового босса звали Игорь Зубов. Люди этого уголовника нервировали Цезаря уже сейчас своей хвастливой болтовней, мол, они сами по себе сильная организация. Но ничего поделать Цезарь не мог. Эх, если бы Бейсик не попросил его приглядеть за своими хлопцами! Цезарь чуял, что от этих бультерьеров в перспективе надо ждать неприятностей, что Бейсик посадил под его боком ребят на случай, если он переметнется к Родионовой.

Чутье Цезаря не подводило. Бейсик действительно планировал свалить его руками ребят Зубова после того, как раздавит Родионову. Этот шаг был лишь шажком в программе Бейсика: завладеть курортами Южного берега Крыма. Программа выполнялась по строго рассчитанному алгоритму, подпунктами которого было посадить в Крыму своего президента, сформировать из верных людей кабинет министров, протащить через парламент законопроект о ревизии приватизации крымских курортов. Ну а затем заняться их перераспределением. Цезарь пока не знал, что уже числится в черных списках у Бейсика. Бальзамом на сердце было то, что деньги Бейсика, которые могли купить все, не могли купить денег Родионовой. "Скорее всего, Родионова проиграет", — думал Цезарь. Но рассориться с ней окончательно было так же пагубно, как противостоять Бейсику. Цезарь по-прежнему рассчитывал, что сумеет договориться с победителем, сохранит "кормушку". Однако потихоньку, в тайне от окружения, переводил деньги на свой счет в австрийском банке "Хольцфольк". У Цезаря были плохие предчувствия.

Сейчас, когда гости дискутировали, Цезарь совсем не слушал их. Он, устремив взгляд в открытое море, вспоминал случай, как один аферист нажился на людской доверчивости. Сперва создал фирму, потом рассовал взятки управляющим нескольких коммерческих банков, дабы получить кредиты. Когда получил деньги, стал закатывать через прессу дифирамбы о своей сказочной платежеспособности, разыгрывать из себя преуспевающего дельца. Нагородил в интервью целую книгу басен о своих проектах, вплоть до сборки телевизоров "Шарп" в Севастополе. К мошеннику невозможно было дозвониться, секретарша заверяла, что директор на встрече то с французами, то с японцами, то с австрийцами. И вот, когда банкиры заикнулись о сроках выплаты процентов, мальчик подался в бега и уволок с собой миллион баксов. До сих пор ищут.

На счету Цезаря в Австрии миллион накапал уже в прошлом году. Был смысл задуматься о будущем. Особенно теперь, когда он явственно почувствовал, что его выживают.

А как же друзья, партнеры, с которыми работал столько лет? В этом дерьмовом бизнесе друзей нет. Вариант удариться в бега он держал про запас. Цезарь знал, что исчезнуть бесследно может только тот, кто располагает большими деньгами, чем тот, кто его ищет. В его случае возможность раствориться в мировом пространстве еще более затруднена. Личность Цезаря была куда заметнее, чем персона того афериста, что смылся с миллионом. К тому же Цезарь был в "системе". Он делал на ком-то деньги. Кто-то делал деньги на нем. Выпасть из этой "системы" означало подвести кого-то. Подводить партнера было нехорошо. То, что в последнее время происходило с Цезарем, противоречило его собственной логике. Надо же, он допускал мысль о побеге! Да, он запутался и потерял чувство реальности. Сейчас, когда слово взял босс из Судака, Цезарь поставил точку в своих размышлениях: "Из-под земли достанут. Но только Богу известно, кто победит. Родионова не слабее Бейсика. Вполне вероятно, что не он, а его его уроет".