Наконец все расселись в кресла и на диванах. Референт тут же вернулся к теме прошедшей пресс-конференции. Гуров сокрушенно качал головой, когда его заслуженно стали упрекать за ляпы, которые он невольно допустил.

– Помните всегда, каждую секунду, Лев Иванович, – наставительно бубнил Эдуард, – что никоим образом вам нельзя показывать даже намека на неуверенность в себе, в своих силах, в том, что вы не контролируете ситуацию или чего-то не знаете. У вас обо всем должно быть собственное мнение, вы во всем уверены. Понимаете?

– Вырвалось, Эдуард, каюсь, – соглашался Гуров. – Надеюсь, что ничего страшного не произошло?

– Вы вовремя реагировали на мои знаки…

– От которых у меня теперь на ноге появится синяк, – вставил Гуров, и помощники Липатова засмеялись.

– Вовремя реагировали на мои знаки, – со своей обычной занудливостью продолжал референт, пропустив шутку мимо ушей, – и практически смогли исправить ситуацию. Это уже хорошо. Надеюсь, что такое взаимопонимание во время встреч с журналистами и избирателями у нас сохранится.

– Только пинайте не так сильно.

– Хорошо, – кивнул Липатов. – Теперь о встречах с населением. Завтра у вас, Лев Иванович, день относительного отдыха. Мы с моими помощниками попробуем очертить круг проблем, которые поднимут жильцы проблемных районов. Информация к вам будет поступать незамедлительно. Вы самостоятельно попробуете набросать ответы и пути решения, которые видите в тех или иных случаях. А уже вечером мы все это обсудим и выработаем определенную позицию. Учтите, что для закрепления позиций мэра, когда вы им станете…

– Им еще нужно стать, – усмехнулся Гуров и опять пожалел, что брякнул такое.

– Вы им станете, – с интонациями голосового автомата ответил Липатов. – И для укрепления позиций вам необходимо будет свои обещания выполнить. Это один из ключевых моментов политики.

– А если я не смогу их выполнить? Откуда мне наверняка это знать сейчас? Если вы не забыли, мэром я никогда не был.

– Неважно. Я прекрасно могу оценить разрешимость той или иной проблемы, которую нам озвучат жильцы. В этом нет ничего сложного.

– Ладно, надеюсь на вас, – развел руками Гуров. – Сами настаивали, вот и будете нянчиться со мной.

– Уверен, Лев Иванович, что вы быстро освоитесь и сможете работать вполне самостоятельно. Советовать и помогать мы вам будем, но только в вопросах стратегического характера.

Гуров хотел поблагодарить Эдуарда за доверие и веру в его таланты организатора, но в этот момент в дверь номера постучали. Стук был торопливый и требовательный. Стало понятно, что человек не станет топтаться за дверью и ждать разрешения войти. И Гуров не ошибся. В номер влетела невысокая девушка лет двадцати с небольшим. Джинсы в обтяжечку, модная курточка распахнута и открывает обтянутую футболкой упругую грудь. Яркие, сиреневого цвета, коротко остриженные волосы спадают на одну бровь, а из-под них сверкают веселые живые глаза типичной озорницы.

– Вам что? – холодно осведомился Липатов. Его молодые помощники глазели на гостью с большим интересом.

– Я… – Быстрыми глазами обежав всех присутствующих, девушка без всякого стеснения ткнула пальцем прямо в Гурова. – Я к нему.

– Что вам нужно, кто вы такая… – начал так же холодно выяснять Липатов, но девушка уже стояла перед Гуровым, развалившимся в кресле.

– Папка, наконец-то!

Доверенные лица с еще большим интересом переводили взгляд со своего шефа на девушку, потом на Гурова и обратно. Если референт просто начал хмуриться, то лицо кандидата вытянулось. Гуров уставился на абсолютно незнакомую ему девушку и стал машинально и лихорадочно вспоминать, когда и где у него двадцать с небольшим лет назад могло что-то быть с кем-то, что имело такие вот последствия, которые сейчас стояли перед ним.

– Вы что-то путаете, – неуверенно начал Гуров. – Может, номером ошиблись?

Серьезный референт ждал разрешения ситуации и ответов на вопросы, его помощники готовы были прыснуть в кулак, но пока сдерживались. Неизвестная гостья бухнулась на колени перед креслом Гурова, выронив небольшую дорожную сумку, прижалась к его руке щекой, вцепившись сильными руками в его пальцы.

– Папка, как давно я мечтала встретиться с тобой, как мне тебя не хватало! Мама так много о тебе рассказывала.

Гуров начал выдирать свою руку, ища взглядом поддержки у присутствующих. Костлявое лицо референта выражало скуку и ожидание. Помощники зажимали рты ладонями и готовы были вот-вот заржать в голос.

– Эй-эй, девица! – не выдержал наконец Гуров, освободив не без усилия свою руку. – Какая мама, откуда?

– Из Питера, – с готовностью ответила девушка, сияя глазами, как именинница, полезла в карман курточки, извлекая мобильный телефон. – Она тебе сейчас сама все объяснит, – пообещала девушка и добавила с нажимом: – И напомнит.