Всё-таки гостья выделялась из толпы.

Она ждала проводника слева от большой лестницы, у сверкающих экранов доски объявлений. Зелёный джинсовый костюм не скрывал худобы и подростковой угловатости фигуры. Девушка держала "мыльницу", то ли что-то читала, то ли сбрасывала с большой доски информацию.

Словно почувствовав взгляд, обернулась.

И мгновенно перестала походить на типичную провинциальную абитуриентку.

Лицо идеальное, но и живое, правильный овал скул, длинный тонкий нос, полные неулыбчивые губы. А вот заострённые самую малость оттопыренные уши при короткой светлой стрижке не смотрятся, с некоторым злорадством отметил Сергей. Тонкая шея торчит из ворота рубахи, возвращая впечатление подростковости.

Девяносто лет, напомнил он себе. По их меркам - прыщавая юность.

Впрочем, у эльфов прыщей не бывает.

...

Часом раньше Сергей вознёсся на Железную башню в прозрачном лифте и вошёл в круглый зал на вершине.

Гречишников уже поджидал его, прогуливался вдоль панорамного окна. Пожилой мужчина в дорогом скверно сидящем костюме, широкоплечий, плотный и сутулый, глаза раскосые, скулы широкие - татарская кровь. Его можно было принять за охранника.

– Сергей, - поприветствовал воспитанника декан кафедры безопасности одного из самых могущественных Университетов Земли.

– Марат Иванович.

Сергей подошёл к нему, и какое-то время мужчины молча любовались Иркутском. Отсюда можно было разглядеть добрую треть северной столицы.

– Как тебе город?
– спросил Гречишников. Сергей равнодушно повёл плечами:

– Не изменился.

– А ты бы хотел?

– Чего?

– Перемен?

Сергей заморгал.

– Смотря каких, - сказал осторожно.

– Всяких, - Гречишников прошёлся туда-сюда, глядя вниз. Иркутск блистал. Солнце играло на стекле и стали корпусов и башен Университета. Над Плотинами стояли радуги. Лохматая туча, раздербаненная погодными станциями, отдавала свою воду земле. Башни гостиниц пестрели и переливались рекламными огнями.

Сергей хмыкнул вежливо-неопределённо. Декан покосился:

– Отдохнул? Готов к заданию?

– Статус?
– Сергей вскинул подбородок.

– Проводник.

Сергей кивнул озадаченно. Проводник - неплохая работа, иногда интересная, но почти всегда спокойная, не требующая особых талантов. Он знал, что является не последним среди дайверов, и его не дёргали по пустякам.

– Важная шишка небось?
– спросил.

– Ещё бы...
– Марат Иванович усмехнулся.
– Принцесса.

И замолчал. Понятно, в загадки играет... Сергей постарался припомнить, где ещё на земном шаре сохранилась монархия - в качестве местной достопримечательности, что ли, для привлечения туристов... Но достопримечательность явно не может купить себе экскурсию, не хватит влияния, денег. Принцессами ещё называют наследниц огромных корпораций. Богатенькая дочка директора... ленивая и капризная холёная красотка, привыкшая швырять деньги на ветер... или уверенная в себе "железная леди" высокого бизнеса, ворочающая миллиардами, а не растрачивающая их?.. В любом случае - уверенная, что мир вертится вокруг неё. Этого ещё не хватало, вот удружил декан...

Гречишников улыбался, посматривал на Сергея.

– Эк тебя перекосило, - отметил с удовольствием.
– Ну что, сообразил? Впрочем, ты ошибаешься, если бы угадал, тебя бы ещё и не так перекособочило... Ахмед!

– Мой господин?
– перед ними появился темнокожий юноша в широких восточных одеяниях и тюрбане.

– Давай файл.

Юноша полез в карман, в другой, старательно обхлопал себя с головы до ног и пригорюнился.

– Ахмед!..
– рявкнул Гречишников. Юноша прищёлкнул пальцами - "вспомнил!", снял тюрбан, запустил в него руку по локоть и достал огромную жёлтую папку размером примерно метр на полтора, подвесил в воздух перед Сергеем.

– Если откроешь - пути назад не будет, - сказал с заметным восточным акцентом. Стандартная папка подборки документов превратилась в причудливую шкатулку с восточным орнаментом, на крышке красовался значок радиационной опасности. Наверное, так выглядел ящик Пандоры.

– Почему я чую подвох?
– задумчиво спросил Сергей, разглядывая шкатулку.

– Потому что это он и есть, - с готовностью сказал Гречишников.
– Всегда знал, что твоя интуиция - это нечто... Попробовать, что ли, оцифровать её? Снабдить интуицией искусственный интеллект... загнали же мы в джинна чувство юмора, хотя и своеобразное...
– покосился на шкатулку Пандоры, на Ахмеда. Тот оскалил белоснежные зубы.
– Ахмед, ты хотел бы иметь интуицию?

– Интуиция, - джинн изобразил глубокие раздумья, поднял глаза к потолку, имитируя человеческие манеры.
– Да, было бы неплохо. Предугадывать события, основываясь на неполных данных, принимать верные решения, минуя стадию обработки данных. Это помогло бы мне лучше служить вам, мой господин.

– Скройся, - отмахнулся декан.

– Слушаю и повинуюсь, мой господин, - но джинн и не подумал исчезнуть. Профессор фыркнул.

– Джинна не загнать обратно в бутылку, верно, Ахмед?