– Не… под… хо…ди…

Парень глянул ему в лицо и понял, почему рыжий упорно отказывался с ним драться, даже в шутку. А еще – что больше никогда не станет его об этом просить.

Пилот попятился. На его счастье, оружие он оставил на полу, иначе сработала бы подпрограмма «Ликвидировать враждебный объект, мешающий выполнению задания». Человека с пустыми руками DEX оценивал как механическую помеху, которая не заслуживает внимания, пока в нее не упрешься (или пока она на тебе не повиснет, наивно пытаясь остановить). Тратить время и энергию, гоняясь за Тедом по складу, программа не стала. Киборг снова нацелился на Станислава, но тот уже разобрался в ситуации и взял ее под контроль:

– Казак, немедленно отмени приказ, либо я взрываю! Раз… два…

– Отбой, – разочарованно скомандовал работорговец. Что происходит на складе, он не видел, но, поскольку космодесантник до сих пор был жив, зол и ничуть не испуган, Казак понял, что таким способом ничего не добьется. – Славик, тебе не стыдно красть чужих киборгов?

Дэн покачнулся, обмяк и часто заморгал, словно проснувшийся лунатик.

– Могу отдать! – в сердцах огрызнулся капитан, но тут же поправился: – Если уговоришь его к тебе вернуться.

Тед глумливо фыркнул. Если бы Казак видел выражение лица рыжего, то понял бы, что шансов на взаимность нет.

Работорговца этот звук окончательно убедил, что его изощренно послали куда подальше. Уговаривать киборга, бред какой! То же самое, что у компьютера пароль клянчить: «Ну миленький, ну пожалуйста, пусти меня в систему!» Видимо, проклятый Славик хакнул его DEX’а, а тот хоть и сохранил часть настроек, но в хозяевах у него теперь не только Казак.

– А ну, живо отошел от двери! – Теодор с возмущением обнаружил, что работорговец воспользовался суматохой и подобрался к складу почти вплотную. – Хрен тебе, а не киборга!

Ругаться с каким-то пилотом Казак счел ниже своего достоинства, поэтому просто пальнул в дверь из бластера и удалился. В темноте красиво засветилось пятно раскаленного металла, медленно тускнея и уменьшаясь.

Станислав посмотрел на понурившегося навигатора и с досадой сказал:

– Прекрасно! Теперь у нас тут целых две бомбы.

– Я могу выйти, – тихо предложил Дэн.

– Лучше помоги мне отсюда слезть, дурень, – проворчал капитан, чувствуя себя загнанной на дерево кошкой. – Придумал тоже – выйти… Кого ты этим больше обрадуешь – себя, нас или Казака?

Ответ был очевиден, но рыжий тем не менее спросил:

– А вдруг в следующий раз я вас догоню?

– Не догонишь. Ты же как-то сопротивляешься хозяйским приказам, верно?

– Да, но не гарантирую, что смогу снова… – Сражаться с самим собой было сложнее и больнее, чем даже с другим киборгом. Мышцы будто рвались изнутри, раздираемые тянущими в противоположные стороны имплантатами. Теперь все тело ныло, как после трехчасовой тренировки.

– Сможешь, – отрезал капитан. – Я в тебя верю. Поэтому кончай ныть и займись делом!

Снять Станислава с брикета оказалось намного сложнее, чем его туда загнать. Адреналин иссяк, а без него гора казалась капитану слишком высокой и ненадежной. Дело поправила нахальная реплика Теодора:

– А ты залезь с другой стороны и снова его пугани!

Станислав разозлился и при поддержке Дэна кое-как сполз-скатился по осыпающемуся под ногами склону.

Тед протянул другу плазмомет, но рыжий уныло покачал головой:

– Нет, лучше пусть у тебя будет.

– М-да, – сочувственно сказал пилот, вешая плазмомет на плечо за спину. – Что-то мне расхотелось быть киборгом.

Капитан отвесил Теду символическую затрещину – за забывчивость и неуместные шуточки, – доковылял до ящиков и тяжело опустился на прежнее место.

– Ну вот, – со вздохом обратился он к Вадиму, – я же тебе говорил: эти киборги еще ху… Вадик?

Станислав легонько потряс приятеля за плечо, потом прижал два пальца к шее, нащупывая пульс.

«Паршиво?» – взглядом спросил Тед.

Капитан убрал руку и удрученно покачал головой. Вадим был жив, но надолго ли? Похоже на внутреннее кровотечение, слабое, но непрерывное.

– Надеюсь, помощь придет быстрее.

Быстрее чего, парень уточнять не стал.

Время на складе тянулось медленно и печально. Тед не столько по приказу, сколько от скуки проинвентаризировал бандитские запасы и нашел уйму интересного, но ничего полезного. Единственной добычей стал тюк с пледами, из которых Вадиму устроили более уютную постель, а один Станислав накинул на плечи. В опрокинутых коробках лежали зеленые перламутровые черепки, в которых капитан опознал останки центаврианского фарфора – видел такой на корабле-матке во время банкета после дипломатических переговоров. Два Теодоровых пинка обошлись Казаку примерно в десять тысяч единиц.