Потом Курд с Ирен разработали план действий.

Курд вернулся с Линой в подвал. Он оставил там своего странного зверя и кирку, а сам отправился в город, чтобы купить у пекаря того замечательного хлеба, который дала ему хозяйка пекарни.

По городу он шел, никого не боясь и не скрываясь. Горожан он не опасался, а все местные собаки после смерти двух своих собратьев сами побаивались Курда: Лина могла ведь оказаться где-то поблизости.

Мальчик добрался до лавки булочника, но было еще очень рано, и лавка была закрыта. Только через час ожидания Курд был вознагражден: булочник потягиваясь вышел из своего дома. Курд зашел к нему в лавку и попросил буханку такого же вкусного хлеба, какой ел в прошлый раз. Конечно, булочник умирал от любопытства, но Курд ничего не стал ему рассказывать.

Пекарь принес ему великолепный свежий хлеб, и Курд вернулся в замок. Если вы думаете, что это было сложно, то ошибаетесь. Все оказалось на редкость просто – стражники все еще спали, напившись накануне вина.

Курд без всяких приключений добрался до подвала. Там он завернул хлеб в платок и вместе с фляжкой родниковой воды повесил на ошейник Лине. Скрываясь в тени, используя каждый выступ, они пробрались в спальню к королю. Конечно, вы догадались, что Курд и Лина опасались встречи с доктором.

Ирен обрадовалась, увидев Курда, и тут же накормила отца вкусным свежим хлебом и напоила родниковой водой. Король поел и снова уснул.

Наконец для утреннего осмотра явился доктор Келман. Увидев спокойно спящего короля, он забеспокоился. Доктор стал уверять Ирен, что ее отец очень болен. Но Ирен уже знала, что словам этого милого толстячка доверять нельзя. Наконец, переваливаясь по-утиному, доктор Келман убежал, пообещав обязательно прислать лорда-камергера, как только тот проснется.

Королю принесли завтрак. Но принцесса не стала кормить им своего отца, а, отломив маленький кусочек пирога, попробовала сама. Рот словно обожгло огнем. Курд был прав! Действительно, во дворце существует заговор. Принцесса немедленно выбросила отравленную еду. Она накормила отца хлебом, который принес Курд, и напоила его чистой родниковой водой.

После завтрака король пришел в себя. Он сказал принцессе, что чувствует себя намного лучше, и загадочно сообщил, что совершил какую-то большую ошибку, но какую – не сказал. Ирен рассказала, как Курд появился во дворце среди ночи и о том, что его послала прапрапрабабушка. Сначала король странно смотрел на свою дочь, но потом его взгляд прояснился, и он улыбнулся. Ирен вздохнула с облегчением. Теперь она верила в возможность выздоровления Великого Короля.

Вскоре появился лорд-камергер. Он вошел с низким поклоном. В руке он держал бумаги. Что-то звериное было в его походке, когда он осторожно вошел в комнату. Сам он был тощим, высоким, светловолосым человеком с маленькой головой, суживающейся сверху. Пройдя по комнате, лорд-камергер остановился у кровати и с недоумением посмотрел на короля. Ему явно не понравилось, что король хорошо выглядит. Рот придворного перекосился в неприятной улыбке, и только тут принцесса заметила, что кроме бумаг, лорд-камергер держал в руке бутылочку с чернилами и перо.

Король отнесся к появлению лорда-камергера очень спокойно, и хотя сразу заметил бумаги, сделал вид, что не понимает, зачем тот пришел. Когда же лорд-камергер протянул бумаги ему на подпись, король повернулся к принцессе:

– Я думаю, что его превосходительство мог что-либо напутать, – сказал он. – Дитя мое, не могла бы ты прочесть, что там написано. Почитай мне, я давно не слышал, как ты читаешь. Возьми у его превосходительства приготовленные им документы и прочти их мне с начала до конца. А вы, – обратился он к лорду-камергеру, – отведайте моего вина, пока девочка читает.

– Извините меня, ваше величество, – ответил лорд-камергер, – но мне нужно торопиться; к тому же я думаю, что принцесса не справится с таким длинным и сложным текстом.

– А я думаю, она справится, – возразил король, – по крайней мере, пусть хоть попытается.

– Поверьте мне, ваше величество, вы должны обязательно подписать эту бумагу, – настаивал придворный.

– Нет. Возможно, что там все правильно, но с этого дня я не подпишу ни одной бумаги, пока не прочту ее. Я так хочу.

– Ваше величество, разве так сложно поставить одну закорючку, а? – клянчил лорд-камергер.

– Нет! – тихим, но решительным голосом отозвался король. – И запомните, я не хочу вас видеть, пока не окрепну.

Лорд-камергер, осторожно пятясь и отвешивая поклоны, начал отступать к двери. Он явно не ожидал такого отпора. До этого король подписывал все бумаги без всяких вопросов. Ставил дрожащей рукой свою подпись и ни о чем не спрашивал.

Когда придворный ушел, принцесса поговорила с королем. Он уже давно не был таким разговорчивым. Потом она почитала ему книгу и покормила, отломив еще несколько кусочков от буханки, принесенной Курдом.