Шрифт:
Она посмотрела на нахмурившегося мужчину и уверенность, которой было и без того мало, пропала окончательно.
– Лина, зачем они тебе?
– удивился Юлиан.
– Когда я вернулась от... не важно, в общем, и ещё раньше, когда ранили Максимилиана, я поняла, что наша медицина предлагает довольно сомнительные методы по лечению глубоких порезов, например, все лекари как один их прижигают.
– Конечно, прижигают. А как иначе?
– Юлиан, у меня сейчас нет времени обсуждать варварские методы лечения. Кириан, вы работаете с мелкими деталями?
– Да, но я не совсем понимаю, о чём вы говорите.
– Пошлите, я нарисую, только давайте быстрей.
Лина начала старательно рисовать углём прямо на каменном столе изогнутую иглу и объяснять её строение кузнецу.
– Если получится, нос иглы сделайте треугольным. Нет, тогда и круглый сгодится.
– А из какого материала?
– Из серебра получится? Или оно слишком мягкое для этого?
– подняла Лина глаза на кузнеца, и порадовалась, тому, что он уже не боялся её, а был по профессиональному собран и внимательно слушал.
– Я думаю, что смогу сделать эту иглу достаточно прочной, - уверенно сказал он и посмотрел в ясные голубые глаза девушки. Юлиану очень повезло, что она называет его другом, жена полководца действительно удивительная женщина.
– Лина...
– очень тихо и неуверенно начал говорить Кириан.
– Я хотел бы поблагодарить вас за сына.
– Вы о чём?
– Под Митавой, он мне говорил, что вы его вытащили из плена...
– Ой, Кириан, об этом не стоит вспоминать, - сказала она и мягко коснулась его плеча.
– Да я разрезала его путы, но то, что мы сбежали оттуда, это заслуга Юлиана. Я бы наверно заблудилась.
Мужчина смотрел на жену Максимилиана, на её пальцы, грязные от угля, и не мог поверить, что она тут, так близко, и не брезгует им... Она потянулась к не менее грязной тряпке, лежащей рядом, и вытерла об неё руки.
– Кириан... Ой, а что тут происходит?
– послышался голос от двери.
– Кириан, а кто эта женщина?
Лина обернулась и увидела стоящую на пороге очень взволнованную женщину. Она была так обеспокоена её присутствием в кузнице мужа, что не обратила внимания ни на белый плащ, ни на золотой венок на голове.
– Мама, это Лина, я рассказывал про неё, - сказал Юлиан и предусмотрительно подошёл к ней ближе, зная, что мать очень впечатлительная, и может упасть в обморок.
Но она в обморок не упала, а молча, опустилась на колени.
– Кириан, представьте мне свою жену, - произнесла Лина.
– Аврора, - только и смог вымолвить он.
– Ой, Кириан, если вы не перестанете бояться меня, то мне будет очень тяжело с вами продолжать общаться, - недовольно сказала она.
– Аврора, встаньте, я была рада с вами познакомиться, но мне уже пора. Юлиан, ты со мной, или останешься?
– Я тебе нужен?
– обратился он к отцу, помогая матери подняться с колен, но она всё ещё боялась смотреть в сторону жены царя.
– Нет, можешь идти, - сказал кузнец и повернулся к Лине.
– Я был рад вас видеть.
– Я тоже Кириан, - широко улыбнулась Лина нему и пошла к выходу.
– Юлиан, живей!
– крикнула она замешкавшемуся солдату, и тот тут же выскочил вслед за девушкой.
Глава 4
Солнце уже давно скрылось за горизонтом, уступив место луне, а Лина только вышла из зала, где проводила лекции. Сегодня было на редкость тяжёлое занятие, солдаты откровенно разглядывали её и пытались выведать хоть что-то. И даже рассказали слухи, которые ходили по дворцу. Очень забавные слухи надо сказать, но Лину они совсем не смешили, а скорее огорчали.
И кто интересно придумывает эти небылицы?
Она глубоко вдохнула влажный воздух, подождала, когда все солдаты разойдутся по своим казармам и села на каменные ступени возле дверей зала, ощущая их прохладу.
– Лина, зачем ты это делаешь?
– послышался из темноты голос Валерия.
– Максимилиан попросил, да и мне самой это интересно, - пожала она плечами, прекрасно понимая, о чём думает македонец. Да, учить солдат это действительно неподобающее занятие для жены царя.
– Странная ты...
– Странная?
– улыбнулась Лина пришедшей ей безумной идее.
– Валерий, у меня к тебе есть ещё более странная просьба.
– Какая?
– спросил он и заметно напрягся.