Бет охватила слепящая паника. Она схватилась за края стула.

— Я прочувствовал каждое мгновение, пока ты наконец осознала себя женщиной, а я мужчиной. Когда ты стала по-другому на меня посматривать. Как на мужчину. С этого момента я стал планировать. Я решил изучать биологию, Бет, ибо это была возможность не расставаться с тобой. Целоваться с Тасмин Мейджер я начал из-за тебя. Я уже заранее спланировал наш с тобой первый поцелуй. Где это будет. Когда. Какова цель этого поцелуя. — В его тихом голосе слышалась дрожь. — Я распланировал нашу жизнь.

«Слишком поздно, слишком поздно», — прошептала душа Бет. Учитывая сказанное Марком, он счел ее поступок предательством.

Она заставила себя произнести:

— Ты никогда не говорил…

Неужели это действительно что-то бы изменило? В любом случае она не могла вообразить, чтобы какие-то другие два ребенка были дружнее, чем они с Марком. Его мать и ее родители по-прежнему умоляли бы Бет избавить Марка от ее влияния. Неужели они замечали, куда дует ветер?

— Я хотел, чтобы все было правильно. Мне следовало сказать тебе раньше.

— Почему ты говоришь мне об этом сейчас?

В глазах Марка была боль.

— Если бы я знал, что имеется хотя бы один шанс оттолкнуть тебя от себя, возможно, мы остались бы друзьями… — Он смотрел на нее сверху вниз, произнося слова, полные печали. — Но я не могу. Ты слишком глубоко засела в моем сердце. — Он с силой ударил в левую часть своей груди. Выражение его лица стало суровым. — Слабость моей матери управляла ее жизнью и повлияла на мою жизнь. Я не могу позволить ничьей слабости влиять на меня.

На последних словах его низкий голос надломился, кадык дернулся. Марку было двадцать восемь лет, и одновременно он был лет на восемь старше. Бет влюбилась в молодого смущающегося мальчика, образ которого помог ей выжить.

Если бы Марку не было до нее дела, она не смогла бы оказывать на него влияние и они сумели бы остаться друзьями. И если бы она была к нему равнодушна, она не боялась бы причинить ему боль и они могли бы остаться друзьями.

Они слишком любили друг друга, чтобы оставаться друзьями.

— Дело дрянь, — сказала она, и Марк пристально и с грустью посмотрел на нее. — Раньше я считала, что мы с тобой — половинки одного человека. У нас были такие похожие мысли, нам нравилось одно и то же. Мы практически дышали в унисон. Расставание с тобой стало самым тяжелым испытанием в моей жизни, но я рассталась с тобой, потому что считала это верным шагом…

«Верным для тебя, Марк». Она игнорировала его хмурый взгляд и продолжила:

— А затем несколько лет я винила себя, боялась, что приняла неверное решение. И вот я снова здесь, спустя десять лет вернулась в точно такую же ситуацию… — Она уныло рассмеялась. — Боже, Вселенная явно пытается что-то мне втолковать, да?

— Не принимай это так близко к сердцу, Бет. Дело во мне, а не в тебе.

— Долгое время я тренировала силу воли, веря, что смогу побороть любые зависимости. Но, очевидно, это неправда.

Он вздрогнул:

— Бет, не надо…

Марк с большей вероятностью остановил бы грузовой поезд, чем заставил ее замолчать. Она уставилась на него, злая, обиженная и озадаченная:

— Для тебя, Марк, пристрастия человека важнее самого человека.

Он прожигал ее взглядом:

— Это неправда.

— Ты можешь честно сказать, положа руку на сердце, что не испытывал бы ко мне других чувств, если бы я не лечилась от алкоголизма? Если бы я была нормальной женщиной, которая рассталась с тобой несколько лет назад? Что ты не стал бы снова планировать нашу совместную жизнь. Что ты не стал бы мечтать о поцелуях и долгих, неторопливых днях в спальне. Что не думал бы о том, сколько детишек хочешь родить, чтобы наполнить ими огромный пустой дом на южном побережье?

— Бет…

Ему не удалось скрыть задумчивость на лице, и Бет поняла, чего на самом деле хочет Марк. Он хочет, чтобы рядом была нормальная женщина. А она таковой не являлась.

Ей было больно, но она продолжала говорить:

— Что, если я хорошая, Марк? Прошло столько лет, а ты по-прежнему одинок. Что, если нам суждено быть вместе и для тебя не предусмотрена судьбой другая женщина? А ты отталкиваешь меня, даже не предоставив возможности доказать свою состоятельность.

Ни на секунду Бет не верила в то, что мужчина вроде Марка не смог бы найти себе жену.

Выражение его лица стало напряженным. Угловатые скулы покраснели.

— Я не желаю повторять ошибки прошлого. Я половину жизни страдал, живя с одержимым человеком, Бет. И я в самом деле не стремлюсь снова оказаться в такой ситуации.