Лицо его стало неузнаваемым.

— Это они, — сказал он чуть погодя.

— Да, — подтвердил Билли.

— Боже мой, — тихо проговорил Варди. — Боже мой.

Он наклонился вплотную к экспонатам и долгое время читал этикетки. Наконец он присоединился к Коллингсвуд, которая прогоняла через компьютер какую-то информацию, но долго еще оглядывался на шкаф. Коллингсвуд проследила за его взглядом.

— Ну да, — сказала она, повернув голову к бутылям. — Об этом я и толкую.

— Это с вами мне надо было повидаться? — спросил Билли.

— Да, — сказала она. — Со мной. Пойдемте в паб.

— Э-э… — Билли опешил. — Не думаю, чтобы это входило в мои планы…

— Выпить — как раз то, что вам нужно, — возразил ему Бэрон. — Как раз то самое. Идете? — спросил он у Варди.

Психолог помотал головой.

— Я неубедителен.

Взмахом руки он выпроводил их всех из зала.

— He-а, — сказала Коллингсвуд Билли. — Он преувеличивает. Не то чтобы он не интересовалсяэтой, как ее, убедительностью, сечешь? Он интересуетсяею. Как чем-то в бутыли.

— Идемте, Билли, — позвал его Бэрон. — Выпейте за счет лондонской полиции.

Когда они вышли наружу, мир раскачивался. Слишком много людей разговаривали в слишком многих закутках на углах улиц, слишком много делалось попыток что-то предрешить, а небо что-то укрывало. Коллингсвуд хмурилась, глядя на тучи, словно ей не нравился их язык. Темный паб был украшен старыми дорожными знаками и копиями древних карт. Они уселись подальше, в уголке. Но все равно посетителям, потрепанным чудакам вперемешку с офисными работниками, сделалось явно не по себе из-за Коллингсвуд с ее формой, пускай и расхлябанного вида.

— Итак… — выдавил из себя Билли, не зная, что сказать.

Кэт безмятежно наблюдала за ним, пока Бэрон ходил к стойке. Она предложила ему сигарету.

— По-моему, здесь не курят, — заметил Билли.

Коллингсвуд посмотрела на него и прикурила, тут же окутавшись эффектными волнами дыма. Билли ждал.

— Итак, — произнес Бэрон, когда принес выпивку. — Варди вы слышали. Парнелл и его тевтисы не спускают с вас глаз. Стало быть, вы находитесь не в самом безопасном положении.

— Но я ни при чем. Вы же знаете.

— Неважно, — сказал Бэрон; Билли удивлялся, насколько его поражает вид Кэт Коллингсвуд в полицейской форме, курящей и пьющей. — Значит, по порядку. Так вот, Варди… Вы видели его за работой. Знаете, чем он занимается. Несмотря на весь наш опыт, в этом деле нам требуется дополнительная информация. От специалиста. Вроде вас. Мы имеем дело с фанатиками. А фанатики — они всегда эксперты. Поэтому нам нужны свои эксперты. Здесь и начинается ваше участие.

Билли уставился на него в недоумении, даже коротко рассмеялся.

— Я все гадал, не скажете ли вы чего-нибудь в таком духе. Да бросьте!

— Никто из нас ни хрена не знает о гигантском спруте, — сказала Коллингсвуд. Произнесенное с саркастическим лондонским прононсом слово «спрут» прозвучало нелепо. — Нам на него глубоко плевать, само собой, но ты же понимаешь.

— Ну и прекрасно, тогда оставьте меня в покое, — отрезал Билли. — Все равно я никакой не эксперт.

— Да ладно, не будь таким занудой.

— Речь не только о книжной премудрости, Билли, — заметил Бэрон. — Я этих сектантов очень даже уважаю. А по ихмнению, вы — нечто из ряда вон, и это говорит о многом, что бы вы самини думали. Помните, как вы встретили Дейна Парнелла? Насчет автобусного окна помните?

— Что именно? — поинтересовался Билли. — Что оно было разбито?

— Вы видели, как оно разбивается.Как, по-вашему, такое случилось? — Бэрон помолчал, придавая весомости своему вопросу. — Из-за особенностей работы в ПСФС… нам необходим более тонкий подход, чем остальным подразделениям. Для нас удобнее держать внештатных сотрудников.

— Вы что, в самом деле пытаетесь меня завербовать?

Билли не верил своим ушам.

— Это дает определенные привилегии, — заверил его Бэрон. — Обязанностей немного. Государственные тайны, всякая всячина. Кое-какие деньжата. Не такая уж серьезная прибавка к зарплате, если честно, но на пиццу-другую хватит.

— А вот скажите, в ПСФС у кого-нибудь, — перебил его Билли, — есть хоть капелька здравого смысла? — Он окинул своих собутыльников затуманенным взором. — Не ожидал, что сегодня меня станут вербовать.