– Прошу прощения, сэр, не пилотам, а только одному – Спансеру! Он был уволен из нашей компании за постоянные прогулы и связь с секретаршами секретного архива. После того как его вышвырнули, он переметнулся к «Андаро», и уже потом появились эти откровения про взрывную разгерметизацию.

– Взрывную? – переспросил Джоук. – Я слышал, при взрывной разгерметизации погибают кролики!

– На стендовых испытаниях – да, сэр, но только не в космосе. Чтобы создать взрывную разгерметизацию, нужно очень постараться и в одно мгновение снести у машины полкабины. Однако такое невозможно, это предусмотрено системой безопасности перехватчика.

– Хорошо, достаточно про тип три, – сказал Штерн. – Поговорим о другом типе.

– Тип два, сэр. Штурмовик. В основу этой машины положен хорошо зарекомендовавший себя штурмовик. На данный момент построено более двух с половиной тысяч. Мы наращиваем производственные мощности, чтобы выпускать по пять тысяч бортов в месяц.

– Прекрасно. Значит, тут проблем нет?

– Нет, сэр. Машина, как я уже заметил, базируется на отлаженных схеме и компоновке. Проблем нет.

– Что у нас еще?

– Тип один, сэр. Сборный. Тут у нас эвакуационные борта, аппараты фронтовой разведки и абордажные боты.

– И что с ними?

– С ними порядок, сэр. Понемногу собираем. Быстрый поток наладить невозможно – слишком сильно различаются спецификации, но у нас план в полторы тысячи, его мы выполним без проблем. Вся оснастка для производства имеется.

Начштаба сделал паузу, потом посмотрел на Джоука, тот опять пожал плечами.

– Хорошо, все свободны. Даже полковник Сазерленд.

Сидевшие за столом офицеры поднялись и вышли из зала, остались только Джоук и Штерн. Какое-то время они сидели молча, потом Штерн спросил:

– Ну и что у вас имеется на этот балаган?

– Немного, сэр. Какие-то мелкие хищения, секс на работе…

– Значит, чисто?

– Ну… – Джоук покачал головой. – Наверняка сказать никогда нельзя, но пока относительно тихо. А что там с «Лоустерским доком»?

– А что с ними?

– Они выполняют объемы?

– Вроде выполняют, если только не подкупили казенного смотрителя генерал-майора Эйсмарха… Не подкупили?

Начштаба ждал ответа, но директор СГБ тупо таращился на поверхность стола, как будто у него выбило предохранитель.

– Так что?! – повторил Штерн.

– Нет, сэр, он подсматривает в уборной за соседкой, но к государственной измене это не имеет отношения.

– Это все?

– Ну… – Джоук вздохнул. – Он и его садовник…

– О ужас!

– Увы, сэр, всякое случается.

– Надеюсь, меня-то вы не пасете, генерал-лейтенант Джоук? Я тут вчера свою собаку угостил котлетой. Вы никак это не используете, я надеюсь? Не свяжете меня с собакой и все такое?

– Нет, сэр, за вами нет никакой слежки, – соврал Джоук. – Кормите вашу собаку, как посчитаете нужным.

– У нас еще встреча с инсайдерами.

– Я помню, сэр. Когда вы им назначили?

– Через три дня. Они как раз возвратятся со своих дальних стапелей…

– Этим стапелям столько лет, что… – генерал Джоук неодобрительно покачал головой. – Очень уж жадны эти инсайдеры.

– Экономны, – согласился Штерн. – Но личности они очень основательные, если что обещают – слово держат. Это мне в них нравится.

– А чего им самим на эти стапеля мотаться, объемный трек перегнать нельзя было?

– Вот! – начштаба поднял кверху указательный палец. – Возможно, нам с вами трека было бы достаточно, но инсайдеры считают иначе. Им важно лично забраться на стапеля, ощупать все это железо руками и принять верное решение.

– Руками? Это в космосе, сэр? – едва удержался от усмешки Джоук.

– Ну, в космосе только в скафандре, конечно. Хотя…

– Это вы про те слухи, будто они могут выживать в вакууме?

– Что, врут?

– Врут, сэр, – отмахнулся Джоук, хотя по нему было видно, что он в этом не уверен.

– А что, трудно к ним людей засылать? – спросил Штерн, понижая голос.

Джоук вздохнул:

– Вообще-то это нарушение инструкции, сэр, но я не выдам никакой тайны, если скажу, что это невозможно.

– И… в чем же трудность?

– Ну, как вам объяснить, сэр, – развел руками Джоук и потер выбритый подбородок. – Это как попытка внедриться в стаю животных-хищников. Полминуты, и они чужака сожрут. Они почуют его загодя и на большом расстоянии, вот и тут – то же самое.