Умывшись и почистив зубы, Джек с Хиршем вернулись в ангар, на ходу вытираясь растягивающимися одноразовыми полотенцами.

– Что ты думаешь про робота Шойбле, которого отправили на пенсию? Соврал капитан? – спросил Джек.

– Ты что, серьезно? – заулыбался Хирш.

– Я хочу знать твое мнение…

– Ну ты даешь, камрад, – покачал головой Хирш, не уставая удивляться Джеку, сочетавшему удивительную наивность с большим боевым опытом.

– Значит, соврал, – понял Джек и бросил скомканное полотенце в стоящий у ворот мешок для мусора.

– Зато он привел в порядок Шойбле. Смотри, как тот увлекся новой машиной.

Из кабины новенького «грея» выглянул Шойбле, и Джек помахал ему, а Хирш спросил:

– Нашел свои презервативы?

– Да, нашел! – радостно ответил тот и вернулся к работе.

Как и большинство пилотов, Шойбле обожал «улучшать» кабину боевой машины – перекрашивать какие-то панели, вешать на тумблеры разноцветные шарики и заменять обшивку сиденья на гражданские чехлы на липучках.

Список улучшений был бесконечен и ограничивался лишь грузоподъемностью робота, боевой рациональностью – в бою ничего не должно мешать – и традициями определенной воинской части.

Где-то любили вешать картонные игрушки с запахом хвои или мяты, где-то такие игрушки, напротив, запрещались. В какой-то части выстилали пол негорючей пробкой, в другом месте поощрялись всякие надписи вроде «Мы их порвем!» или «Слушай шум масляной помпы – возможен пробой сальника».

Однажды Джеку рассказали про небольшой пограничный отряд легких роботов, пилоты которых тоже обожали надписи в кабинах, но там почему-то запрещалось использовать гласные буквы.

Когда подошли к палатке, Джек остановился и посмотрел в дальний угол ангара, где старшина Крафт сидел на стуле со сломанной спинкой и опять что-то писал в планшете.

– Ты чего? – спросил Хирш.

– Ничего. Ты лезь в палатку, а я схожу к старшине – поздороваюсь…

– С чего это?

– Потом расскажу.

– Ну иди поздоровайся, – пожал плечами Хирш и сделал вид, что полез в палатку, однако, едва Джек отошел, лейтенант выбрался обратно и стал наблюдать за товарищем. Что задумал капрал?

Тем временем Джек неспешно приближался к начальственному углу, где стояла палатка Лефлера и Крафта.

В этот раз старшина не стал делать вид, что не замечает Джека, убрал стилус в гнездо, закрыл планшет и улыбнулся гостю, как если бы ждал его прихода.

– Доброе утро, сэр! – громко произнес Джек и, подойдя к старшине, резко выбросил вперед руку.

Крафт выждал мгновение и подал руку в ответ. Джек почувствовал мозолистую ладонь, как у механика круговой сварки из команды Берта Тильгаузена, а взглянув на руку, разглядел приплюснутые пальцы и массивные ногти, которые, несмотря на ухоженность, выглядели как подрезанные когти зверя.

– Рад видеть тебя, капрал. Зачем пришел?

– А вот зачем… – произнес Джек и двумя руками навалился на руку Крафта, стараясь вывернуть ему ладонь, но старшина одним движением восстановил статус-кво, заставив Джека упасть на пол.

– Постойте, старшина, отпустите его! – закричал подбежавший Хирш.

– Он первый начал, сэр, – сказал Крафт, отпуская Джека.

– Да я уже понял! Извините его, кажется, он нажрался зубной пасты…

Хирш помог Джеку подняться, и вместе они вернулись к своей палатке.

Какое-то время приятели молчали. Джек смотрел в брезентовый потолок и даже не моргал, сосредоточившись на какой-то очень важной мысли. Хирш ему не мешал, устав думать, с чего его товарищу припекло сцепиться со старшиной.

– Я не все тебе вчера рассказал, Тедди… – сказал Джек и вздохнул.

– О чем? – спросил Хирш, делая вид, что не понимает.

– Вчера в этом подземелье…

– Ну.

– Помнишь эти мостки над главным залом?

– Конечно. Мы с Шойбле ссаживали с них пехотинцев. Мне понравилось, как он работает, честное слово, хотел бы я, чтобы в нашей роте служил такой парень. Но это так, к слову, ты продолжай.

– Я ведь чего к Крафту ходил…

– И чего?

– Я на его руку смотрел… Правую…

– И что увидел?

– У него не ногти, Тедди, у него звериные когти и повадки такие же.

– Вот тут я не понял, Джек, – сказал Хирш, поворачиваясь на бок лицом к Джеку.

– Я вчера видел, как наши пехотинцы по этому мосту рванули навстречу чужакам.

– И что?

– А то, что командира взвода пронзил рукой один из чужаков. Я просто уверен, что у него была такая же рожа, как у того парня, который атаковал мой «таргар». Я видел его совсем близко, Тедди, оскаленная харя, утопленные глаза! Если бы мог, он бы разорвал машину в клочья, но ему это было не по силам. Он просто сбил меня – врезался, как танк, и свалил машину, понимаешь?