Дверь избы с треском слетела с кожаных петель, порхнув по двору, как сорванный с дерева лист. Серая тень с ревом обрушилась на упырей, подминая их под себя. Что-то хрустнуло. Взлетела в воздух, блестя в лунном свете выпученными глазами, голова упырицы. Из свившихся в схватке тел под ноги Середину выпал упырь, и Олег рубанул с плеча, разваливая гнилое тело от ключиц, через грудную клетку, до живота.

— Невзор, Ингольфа держи! — крикнул он, добивая нечисть кистенем.

Волкодлак отбросил от себя истерзанное, но еще шевелящееся тело упыря и, припадая к земле, пошел на колдуна. Отросшая на голове шерсть встала дыбом, глаза горели угольями, из оскаленного рта капала слюна.

— Верша! — взревел Невзор, поднимаясь в воздух в могучем прыжке.

Лицо Ингольфа исказилось ненавистью. Середин увидел, как в последний момент колдун провел рукой перед собой, словно ставил невидимый барьер, и, бледнея на глазах, растворился в лунном свете. Невзор, рыча, вломился в кусты сирени. Олег подскочил к последнему упырю. Кистень с гулом рассек воздух, врезался в висок, сминая голову, дробя лицевые кости, разрушая серебряными гранями мертвый мозг.

Сразу стало тихо, лишь ворочался Невзор, выбираясь из зарослей сирени. Олег выдохнул, присел, вытер клинок и кистень об одежду упыря.

— Где он, куда делся? — Невзор тяжело дышал, в глазах еще вспыхивали зловещие искры, ноздри раздувались.

— Я думаю, он недалеко. Найдем, если сам не придет, — ответил Середин.

Под кустами он заметил оброненное колдуном зеркало.

— Это надо закопать на кладбище. И поглубже. Ты чего так долго? Я уж думал — конец мне.

— Крот услышал, как ты бьешься, схватил меч — решил, печенеги напали. Пришлось в морду дать. Лежит, отдыхает.

— Ты нашел пояс?

— Вот, — достал Невзор перевязанный узлами пояс, протянул Олегу. — Он?

— Он и есть. А что там, у кузнеца?

— Пусто. Сундук был, я принес, и еще кое-что. Погоди, сейчас покажу.

Невзор скрылся в доме. Середин осмотрелся. Туман уже подобрался к дому, перевалил плетень и полз по двору. Луна, в последний раз показавшись в просвете между деревьями, скрылась за лесом. Сразу стало темно, и ведун провел по лицу, вызывая «кошачий глаз». Тело упырицы еще шевелилось, подрагивая руками, словно ощупывая землю в поисках оторванной головы. Олег стиснул зубы и ударом кистеня проломил ей грудную клетку.

Из дома вышел Невзор, поставил на землю сундук и бочонок.

— Тут зелья всякие, травы. А вот здесь, — похлопал он по бочонку, — кажется, греческий огонь.

— Ну-ка, ну-ка… — Середин вытащил пробку, принюхался: — точно. Надо будет избу кузнеца спалить, и не только ее. Похоже, Ингольф не только упырей вызывал, он, по-моему, готовил кое-что похуже.

— Это что?

— Видел холмы за южными воротами? В одном, вроде бы, древняя могила. Староста не знает, кто там лежит. Думаю, это погребение воинов, оставшееся с незапамятных времен. Если Ингольф их поднимет… — Середин покачал головой. — Это будет пострашней чумы.

— И что делать?

— Днем сходим с мужиками. Надо раскопать могилы и сжечь все кости.

— Обиду нанесем: воины там лежат, — угрюмо возразил Невзор.

— Нет. Если колдун их поднимет, значит, души еще здесь. Справим тризну, через огонь отправим их к богам — иначе на много дней пути вокруг этого холма будет мертвая земля.

Олег заткнул бочонок и стал перебирать мешочки с травами, открывать эликсиры, порой недоуменно качая головой.

— В этом я не разберусь. Надо бы Велене отнести. Кстати, что там Крот? Ты его крепко приложил?

— От души.

— Ладно, пусть спит. — Середин закрыл крышку сундука, оглядел двор. — Этих сами закопаем. И тех, что в избе — ну, Трошку с семьей — тоже. Боюсь, народ своих не станет кольями дырявить и угли на могилы сыпать.

— Точно, не станет. — Невзор неловко кашлянул, пожевал губу. — Хотел я тебя попросить кое о чем. Не знаю, теперь надо ли.

— Говори, не томи душу, — подбодрил Олег.

— Ты сам говорил, что я не бессмертный, да? Так вот — если со мной что случится, как брата прошу: перед тем, как зароешь меня, вложи в рот монетку, какую не жалко. Не хочу после смерти таким вот стать, — кивнул он на трупы, лежащие у ног.

— Ну, это я тебе обещаю, — серьезно сказал Середин. — Только не рано ли ты собрался? Тебе еще к Малуше…

— Стой, — схватил его за руку Невзор. — Слышишь?

Ведун замер. Мерный шум, словно от несущегося горного потока, становясь все сильнее, разорвал тишину, будто прелое полотно. Олег закрыл глаза, глубоко вздохнул и потянул саблю из ножен.

— Опоздали мы, Невзор.

— Что случилось?

— Он поднял древних воинов, — обронил Середин и медленно направился к калитке.