– Вообще-то да, – согласился с ним Шаман.

Добравшись до района, где располагалась конспиративная квартира, они зашли перекусить в кафе «Бистро», прогулялись по кварталу и, убедившись в отсутствии слежки, свернули в нужный двор.

Двери открыл Линев.

Молча пройдя в комнату, чеченцы устроились на диване.

– Рассказывайте, – Линев сел в кресло.

– Как я и думал, предложили работать охранниками в «Престиже». Нужна регистрация.

– Понятно. – Данила почесал переносицу. – Говорили, что не имеете связей в Москве?

– Данила, – Джин усмехнулся, – разве не понятно, что если бы нас Хаким не узнал, то ничего этого делать не надо было бы.

– В принципе и в охрану бы он вас не сунул, – согласился Линев. – Ну что же, все идет по плану.

– Стропа приехал? – спросил Джин.

– Да, – кивнул Линев, – завтра, во второй половине дня, пойдете обратно. Если возникнут вопросы, как, мол, так быстро удалось уладить дела, скажите, что просто заплатили кому надо, и все. Я думаю, они не станут разбираться в деталях. Хаким уверен, что вы сотрудники МВД. Зачем ему проявлять перед вами излишнюю подозрительность?

– Значит, какое-то время нам придется поработать сторожами? – Шаман вопросительно посмотрел на Данилу.

– Недолго, – подтвердил контрразведчик. – Среди проживающих здесь кавказцев уже распространен слух, что один чеченец интересуется двумя своими земляками, о которых недавно писали в газетах. Значит, скоро найдет, – Данила улыбнулся.

– Пусть лучше ищет, – Джин потер руки. – А то после всего мы ему дадим жару!

– Данила, – позвал Шаман. – А как нам после всего этого быть?

Линев перевел взгляд на капитана. Тот, не мигая, смотрел на него в ожидании ответа.

– Ты это о чем?

– Разве не ясно? – Шаман развел руками. – Теперь нас каждая собака знать будет. Газеты, телевидение. А что потом? Ты же знаешь нашего Родимова, возьмет и заменит. Что тогда? Мы теперь не только в Москве известны среди своих земляков, дома тоже!

– Не дрейфь, – возразил Линев. – Я над этим вопросом уже думал. Обыкновенные боевики, с которыми в основном вам приходится работать, не только газет не читают, они попросту не обучены грамоте. В информационных блоках использовали только фамилию Джабраилова. Имя изменено. Показали людей, отдаленно напоминающих вас. Думаешь, кто-то обратил на это внимание?

– Тогда зачем все это затеяли? – не понял Шаман.

– Только для того, чтобы Стропе было легче объяснить, как он вас разыскал. К тому же, – Линев откинулся на спинку кресла и насмешливо посмотрел сначала на Джина, потом на Шамана, – вас ведь убьют! И об этом также будет сообщено. А в следующий раз вы будете работать под другими именами и фамилиями. В принципе так оно всегда и было. Не вижу ничего такого, что могло бы каким-то образом в дальнейшем повлиять на вашу службу. Еще вопросы есть?

Переглянувшись, офицеры-чеченцы покачали головами.

– Тогда последнее: на третьи сутки дежурства, это будет как раз через неделю после вашего дебюта в «Престиже», во внутренние карманы пиджаков кладете то, что вам дала Татьяна.

– Понятно, – кивнул Джин и поднялся.

Умывшись, Дрон спустился во двор. Было еще свежо. Солнце освещало лишь верхние этажи разрушенных за время войны зданий на другой стороне улицы и верхушки тополей.

Обойдя дом, он оказался под навесом из зеленого шифера. Под ним, за четырьмя столиками, уже завтракали постояльцы. Кучерявый, средних лет француз сидел в гордом одиночестве с какой-то газетой в руках и пил кофе.

– Свободно? – Дрон положил руку на спинку пластикового стула и вопросительно посмотрел на представителя прессы.

– О да, да! – усердно кивая, ответил тот. – Садитесь!

Почти сразу подошла полная женщина в темном платке и выставила перед Василием обильно посыпанный зеленью тушеный картофель с мясом.

– Вы даже не спросили, что я буду? – Он поднял на нее удивленный взгляд.

– А разве вас не предупредили? – спросила она тихим голосом.

– Здесь готовят какое-то одно блюдо, – опустив газету, пояснил француз на довольно сносном русском.

– Тогда извините! – В знак примирения Дрон поднял руки вверх и улыбнулся. – Вообще-то, если бы был выбор, я бы как раз это и заказал.

– Кофе или чай? – между тем спросила женщина.

– Пожалуй, кофе, – выдохнул Дрон, беря хлеб.