— Водка? — поинтересовался я.

— Разумеется, — подтвердила она, игриво поднимая брови. — Мой любимый яд.

Я встретился с ней взглядом.

— Позвольте мне догадаться, что произошло потом.

— Да, вы догадались абсолютно верно. Только когда я проснулась, Филиппа уже не было. Хотя… на подушке лежала романтическая записка: «Позвоню». По крайней мере, он не подписал ее «Ф. Ф.». Итак, я вернулась в Милуоки и, черт побери, не дождалась от него никаких вестей. Через полгода я прочитала в какой-то газете, что «Последний шанс» запущен в производство в Ирландии. Еще через восемь месяцев фильм представили к показу в единственном кинотеатре в Милуоки, и, естественно, я пошла его посмотреть. Я не могла поверить своим глазам… Филипп не только выбросил восемьдесят процентов сделанных нами изменений, он восстановил половину диалогов, которые никуда не годились. Разумеется, я была не единственной, кто думал, что он ошибся в выборе, поскольку газеты пестрели унизительными статьями о провале… и о том, что Филипп порвал отношения с топ-моделью, с которой встречался последний год… Это объясняло, почему он мне не звонил. Я была настолько разочарована — тем, что наша работа прошла впустую, и тем, что он так наплевательски отнесся ко мне, — что я села и напечатала Филиппу резкое письмо, в котором выразила свое неудовольствие. Если честно, я не рассчитывала, что он мне ответит. Но примерно через неделю он появился на моем пороге. И первое, что он сказал, было: «Я ошибался во всем. Особенно в тебе».

— И что потом?

— Через полгода мы поженились.

— Как романтично, — заметил я.

Она улыбнулась и разлила остатки водки по рюмкам.

— Так какова мораль этой истории? — спросил я. — Вы не виноваты в том, что ваш муж снял этот паршивый фильм?

— Приблизительно.

Я допил водку. Теперь я даже не почувствовал, как она попала мне в пищевод. Потому что я уже ничего не чувствовал.

— Позвольте мне открыть вам один секрет. Мой муж заставляет вас ждать, потому что он не выносит общества талантливых людей.

— Полагаю, что любого, кто исхитрился заработать столько денег, можно смело назвать талантливым.

— Возможно. Но он мечтал о другом таланте: о творческом даре, если хотите. Таком, как у вас. И знаете, я тоже очень высокого мнения о вас. Как вы думаете, зачем я прилетела сюда? Я просто хотела познакомиться с вами. Я действительно думаю, что «Продать тебя» — это знаковый сериал.

— Я польщен.

— Рада стараться.

Она посмотрела мне в глаза и опять улыбнулась. Я взглянул на часы. Она сказала:

— Если вам пора спать, не позволяйте мне задерживать вас. Я могу попросить Гэри принести вам теплого молока и печенья. И уверена, где-нибудь найдется свободный плюшевый мишка, если вам нужна компания.

Марта выгнула брови — скорее шутила, чем флиртовала. Или скорее флиртовала, чем шутила? А может, она поднимает брови вообще без всякого повода? Черт, я не мог разобраться толком: я был пьян в хлам.

— Мне кажется, мне действительно стоит увидеться со своей постелью, — сказал я. — Спасибо за водку.

— Это все входит в обслуживание, — сказала она. — Приятных сновидений.

Я попрощался и, пошатываясь, направился в свою комнату.

Трудно сказать, как я туда добрался. Во всяком случае, на постели я растянулся прямо в одежде. В четыре утра я проснулся и едва успел добежать до ванной комнаты: приступ рвоты продолжался пять минут без перерыва — может, водка была и хороша, но мой организм к ней не приучен. Потом я разделся, встал под горячий душ и снова вернулся в кровать, весь мокрый.

Согреваясь под одеялом, я вспоминал свой разговор с Мартой Флек, но вскоре меня сморил сон.

Проспал я примерно до полудня. Ощущения были ужасными. Казалось, что мозги плавятся в атомном котле, в памяти всплывали кадры из «Сало», перемежающиеся крупными планами жены миллиардера.

Все, хватит! Сегодня я покидаю остров. Я и так слишком долго ждал, потакая капризам богатого человека. Дотянувшись до телефона, я позвонил Гэри и спросил, нельзя ли доставить меня сегодня в Антигуа, а оттуда дальше — в Лос-Анджелес.

Через пять минут раздался звонок. Это была Марта.

— Вы знакомы с чудом, которое называется «берокка»?

— Привет, Марта.

— Доброе утро, Дэвид. Что-то голос у вас глуховат.

— Зато вы звучите бодро.

— Спасибо «берокке». Это растворимый препарат с лошадиной дозой витаминов В и С. Единственное средство, которое, с моей точки зрения, помогает от похмелья. «Берокку» делают в Австралии, а они там все знают про похмелье.

— Пожалуйста, пришлите мне две таблетки.

— Они уже на полпути к вам. Только не пытайтесь раскрошить их с помощью кредитной карты и вдохнуть через трубочку, скатанную из пятидесятидолларовой купюры.

— Я такими вещами не занимаюсь, — обиделся я.

— Да я шучу, Дэвид. Расслабьтесь…

— Простите… И кстати, я получил большое удовольствие от вчерашнего вечера.

— Тогда почему вы хотите сегодня уехать?

— Как же быстро здесь распространяются новости.

— Надеюсь, это решение не связано со мной.