— Конечно, — ответила она и откинулась на мягкие подушки кушетки.

— Прямо здесь, — сказала Грейс, указывая на выглядевший совершенно невинным участок тротуара. — Мужчина выпрыгнул из движущегося автомобиля… по крайней мере, я предположила, что он выпрыгнул. Этого я не видела. Когда я его заметила, то сначала подумала, что он, выпал из машины.

Она отметила быстрый скептический взгляд Лютера, брошенный в сторону Рэя. Больше не чувствуя такого панического страха, она была оскорблена его явным недоверием.

— Что это был за автомобиль? — спросил Лютер, прижимая кончик карандаша к маленькому блокноту.

— Темный, — ответила она, — и большой.

Лютер поглядел на нее и ничего не записал.

— Темный и большой. Фургон или внедорожник?

Она покачала головой.

— Нет, это был автомобиль.

Ну ладно, такого описания недостаточно, безмолвно признала она, но она никогда не разбиралась в автомобилях. Черт, она была удивлена и испугана. Модель вхолостую работавшей машины беспокоила ее в тот момент меньше всего.

Утомленный детектив, очевидно, решил, что записывать в блокнот «большой темный автомобиль» будет пустой тратой времени, поэтому щелчком захлопнул его и оглядел местность острым взглядом прищуренных глаз. Легковые автомобили, гудя, проезжали мимо, на тротуарах появилось несколько прохожих. Здесь явно все было совершенно нормальным. В ярком свете казалось невозможным, что недавно в этом самом месте произошло убийство.

Лютер засунул руку в карман темного пиджака, вытащил леденец и, сняв целлофановую обертку, засунул конфету в рот.

— Я пытаюсь бросить курить, — объяснил он, убирая обертку обратно в карман. — Это ад. Самый настоящий ад, честное слово.

По правде говоря, он и выглядел ужасно: изможденным, осунувшимся и постаревшим. В отличие от Рэя, его возраст был заметен. Они были одногодками с разницей в три месяца, но сегодня Лютер казался на несколько лет старше. Из них двоих он всегда был более серьезным. Полицейским, который все принимал близко к сердцу и который хотел исправить каждую несправедливость. Возможно, он наконец понял, что изменить мир не удастся, и поэтому его лицо выражало разочарование в жизни.

Пока она отвечала на вопросы, Рэй держался позади, но оставался поблизости, чтобы она могла чувствовать его поддержку. Глупая идея. Она не искала помощи Рэя, не зависела от него уже многие годы. Жизненные уроки не всегда были легкими, порою даже чертовски тяжелыми, но она научилась полагаться только на себя.

— Как выглядел мужчина, который вел автомобиль? — спросил Лютер, рассасывая леденец.

Описать убийцу она могла лучше, чем машину. Когда она повернулась, напав на него с газовым баллончиком, то успела кое-что рассмотреть.

— Это был крупный парень, возможно метр восемьдесят пять или метр девяносто, с лицом, как у неандертальца. Большой лоб, квадратная челюсть. — Это Лютер счел заслуживающим внимания. — Он выглядел сильным, — добавила она. — Натренированным.

— Волосы? — спросил Лютер, поднимая глаза от блокнота.

— Под бейсбольной кепкой я не многое увидела, но, кажется, довольно короткие. Каштановые, — добавила она. — Не такие темные, как твои, и не такие светлые, как у Рэя.

Она описала его одежду, широкое лицо, бледные глаза, которые помнила очень хорошо, хотя в настоящий момент не могла с уверенностью сказать, голубыми они были или зелеными. Лютер все записал, но она чувствовала, что он в высшей степени не впечатлен.

В глубине души она все еще была напугана. Сердце билось слишком быстро, ладони оставались влажными, рот сухим. Воспоминания увиденного прочно, чересчур ярко засели в голове. Слишком реально. Она знала, что если бы не Рэй, то сейчас была бы мертва.

Непомерно много для ее новообретенной независимости.

Они втроем прошлись до места, где она распылила баллончик и пнула убийцу. Здесь тоже не нашлось никаких признаков борьбы: ни крови, ни единой улики. Ничего. Все выглядело нормальным, будто здесь никогда не происходило ничего необычного.

Лютер снова закрыл блокнот и убрал в карман темного пиджака. Теперь, благодаря работе в отделе убийств, он стал одеваться более традиционно. Черный костюм, белая рубашка, серый галстук. Его волосы, подстриженные в весьма консервативном стиле, стали короче. Раньше он не был таким обычным и выглядел столь же диким, как Рэй.