— Когда придете домой, обрызгайте их вот этим. — Он показал маленький баллончик стоимостью 19,99 доллара. — Через двадцать четыре часа обрызгайте еще раз, а потом обработайте вот этим. — Он показал бутылочку с жидкой коричневой гадостью. — Это стоит всего 12,99 доллара. И делайте так раз в неделю.

— Так, через двадцать четыре часа опять, потом — раз в неделю, — машинально повторила Пэриш, указывая на два флакончика и мысленно прибавляя к их цене налог.

«Хитро, — отметила она. — Это мое ритуальное посвящение в тайное общество людей, которые знают, как ухаживать за обувью зимой: СНОБы — Сестры, носящие обувь без разводов».

— А каждый вечер протирайте их тканью, смоченной в обычном уксусе, — продолжал продавец. — И никакой воды. От воды соль только забивается глубже в кожу.

— И никакой воды, — заверила она.

— Для обуви необходимы распорки. Нужно вставлять их не позднее, чем через пять минут, после того как сняли обувь — пока она еще теплая.

— Пять минут, — вновь повторила она.

Распорки для обуви обошлись ей в очередные тридцать три доллара, не включая налог.

«Какая бездарная трата денег», — сожалела она через месяц.

В октябре и в ноябре погода стояла теплая, и у нее вылетели из головы эти обувные премудрости. Холода со снегом завернули в начале декабря. Но к тому времени она уже забыла, куда запихнула дурацкий спрей и кондиционер для кожи, а когда наконец все это нашлось, так и не смогла вспомнить, чем надо брызгать раз в сутки, а чем — раз в неделю.

«Похоже, срок моего членства в СНОБах истек». — Пэриш бросила сапожки на пол, делая, однако, мысленную заметку не забыть в магазине про обычный уксус. У нее дома был только бальзамический.

«Получилась бы неплохая карикатурка, — думала она, пытаясь вспомнить, где блокнот. — Хорошо одетая супружеская чета роется в кухонных шкафах и по запаху подозревает, что кто-то из них во что-то вляпался. „Черт побери, Гвинет, — восклицает мужчина, обращаясь к супруге, — дети опять добрались до бальзамического уксуса!“»

Она локтем нажала на кнопку прослушивания сообщений, начиная с самого первого.

«Здравствуйте, мисс Пэриш. Мы с вами незнакомы, но я пытаюсь найти своему сыну адвоката. У нас нет денег, но я слышала о вас много хорошего — то, что вы помогаете…»

Шмякнув по кнопке кулаком, Пэриш внимательно посмотрела на себя в зеркало. Волосы были еще мокрыми после душа, и, продолжая вытирать их полотенцем, она стала мысленно оценивать свое обнаженное тело.

«Волосы — одно из моих достоинств. Еще густые и упругие. До самых плеч. Пока могу позволить себе носить длинные волосы, но как долго это продлится? Прошлой зимой в Уистлере на вечеринке после лыжной прогулки какой-то подвыпивший тип заявил, что, глядя на мои роскошные волосы, ему захотелось орального секса. Превосходно. Эта поездочка стоила больше двух тысяч долларов, а меня там даже никто не поцеловал».

Следующее сообщение: «Привет, Нэнси. Это опять Джеймс. Вы были правы — мне следовало держаться подальше от Люси, но… сами знаете, как это бывает. Я — в пятьдесят пятом отделении. На этот раз они меня задержали. Этим утром я буду в сто первом суде…»

Она вновь нажала на кнопку.

«Лицо. Я всегда считалась привлекательной, но не красавицей. Кожа гладкая, но уже без былого блеска. Как-то в молодости, когда мы с Генри вели богемный образ жизни, пожилой мужчина пригласил меня на Симфоническом балу на танец. „У вас такая замечательная кожа, — сказал тогда он. — Вы можете обходиться без макияжа лет до сорока“. И вот в следующем месяце мне исполняется тридцать восемь. Хотя бы румянами приходится пользоваться практически всегда».

Следующее сообщение: «Нэнси, девочка. Мы с отцом собираемся в среду вечером на балет. Понимаю, тебя вряд ли это заинтересует, но все же… не хочешь составить нам компанию, а потом прогуляться и полюбоваться рождественскими витринами?..»

Стоп.

«Шея и плечи. Мое главное достоинство. Мужики — идиоты, обращают внимание только на сиськи и задницы. А Одри Хепберн, а Грэйс Келли! Только взгляните на эти длинные изящные шеи, на эти точеные хрустальные плечики…»

«Мисс Пэриш, это Бренда Крофорд из Юридического общества Верхней Канады. Мы так и не получили ответа на наш запрос по поводу изменений вашего финансового счета. Как вам известно, если ответ не будет получен в течение…»

— Проклятие! — Она шлепнула по кнопке кулаком.

«Грудь. Еще ничего. Особенно если не приглядываться. Нос. Ненавижу носы. Взять любую в мире женщину скажем: Джулию Робертс — разве не красавица? А теперь взгляните на ее нос и повнимательнее. Уже через несколько секунд ее лицо вам покажется безобразным».

«Эй, привет, это я. Как насчет Кубы?»

— Зелда, — еле слышно пробормотала Пэриш, качая головой.

Зелда Эвинруд, лучшая подруга, взялась за устройство ее сексуальной жизни.