Алекс — тот не таков. Спокоен, рассудителен, и интересует его, прежде всего — что да как устроено. И ведь чем старше становится, тем больше у него вопросов.

Книгочей он у меня, его без книжки увидеть так же сложно, как его брата Конрада без парочки барышень, идущих с ним под ручку. Но и он совсем не рохля, за внешней мягкостью Алекса кроется характер не менее твердый, чем у его брата. Так что и за него я тоже абсолютно спокоен.

Правда, настоять на том, чтобы уйти в экспедицию вместе с Фредом фер Груенуа, он не смог. Что понятно, молод он еще. Будут у него и экспедиции и кругосветные плавания, обязательно будут. Но чуть позже.

Фред фер Груенуа все не может успокоиться, мечтая открыть новый материк. Ушел он еще года полтора назад, и по всем срокам должен уже вернуться. Но на его счет я сильно не беспокоюсь: мореплаватель он очень опытный, в составе экспедиции три корабля, и то, что над ними развивается имперский флаг, тоже играет немаловажную роль даже для тех, кто о существовании Империи знает только понаслышке. Потому и они знают, что у Империи дли-и-нные руки, и своих сограждан она в беде не оставит. А если что-то уже произошло, то плату возьмет сполна. Прецеденты бывали, и достаточно серьезные, чтобы всех убедить.

При всем при том, энтузиазма Фреда я не разделял. Ну нет на карте мира места для ещё одного материка. Либо же он такой маленький, что и не материк вовсе…

…Конрад звонко щелкнул каблуками, коротко кивнув головой, как будто представляясь перед своим новым начальством. Ну как же, не к лицу офицеру проявление каких-либо эмоций, даже при встрече с отцом.

«Господи, как же ты еще молод, — думал я, обнимая сына. — Когда ты станешь старше, ты на многие вещи начнешь смотреть по-другому».

Яна поглядывала на своего брата чуть ли не с восхищением. Ничего, чуть позже она придет в себя, и тогда берегись Конрад, язычок у нее как бритва острый.

Идите уж! Понимаю, вы почти полгода не виделись, так что вам есть чем занять себя и о чем поговорить до того времени, как начнется бал…

«Нет, какие у меня все же дети! — проводил я их взглядом. — Дети, которыми можно гордиться. Жаль только, что у нас с Янианной не получилось больше их заиметь. А уж как мы старались, как старались! Но не судьба. Но и так нечего небеса гневить, нарушено древнее проклятие рода Крондейлов, согласно которому в семье всегда рождался один наследник. А может быть, и не было его, проклятия, враки все».

Чуть ли не следом в кабинет заглянула ее императорское величество, моя жена то есть. Столько лет вместе, а я все налюбоваться на нее не могу. Уж не за ними ли она сюда и пожаловала, за моим взглядами?

Я молодецким шагом пошел навстречу любимой, желая показать, что все еще ого-го, и вообще! От резких движений кольнуло в одном боку, в другом, там, где от ран только шрамы и остались. Да еще и нога немного прихрамывает, самую чуточку, и от этого вероятно мне уже не избавиться. Но это ли главное? Посмотри любимая, какой в моих глазах огонь пылает, когда я на тебя смотрю.

Взяв Яну под руку, я подвел ее к дивану, помогая на него присесть.

Янианна обвела глазами кабинет, будто желая увидеть в нем что-то для себя новое, задержавшись взглядом на огромной волчьей шкуре, лежавшей на полу перед камином. Нет, здесь все по-прежнему: те же картины на стенах, те же книги в шкафах, разве что в коллекции холодного оружия прибавилось пару новых экземпляров. Но как раз она Янианну никогда не интересовала. А так — ни одной подвязки от женских чулок, забытой впопыхах, ни чего другого подобного.

— Но ведь надо же быть таким негодяем, Артуа!

Что характерно, голос у нее был пропитан негодованием пополам с изумлением, как будто бы для ее заявления действительно были какие-нибудь причины.

— Если ты думаешь, что леди Мейсиль… — активно начал оправдываться я, тем более что был абсолютно прав. Не было ничего у меня с ней, да и быть не могло.

— Да причем здесь леди Мейсиль, — досадливо отмахнулась Янианна. — Разговор совсем о другом.

Так, и о чем это «о другом», интересно?

Судя по всему, у Янианны игривое настроение. Да и печалиться, причин как будто бы нет: вся семья в сборе, вечером будет грандиозный бал, ее ждет сюрприз, о котором я таинственно намекнул, что он впечатлит всех без исключения. И вообще, празднества растянутся на целую неделю, в течение которой гостей ждет целая программа развлечений, среди которых будет и поездка за город, во дворец, что стал моим подарком почти десять лет назад.

И все это могло означать только одно: она опять начнет меня спрашивать, где она могла меня однажды увидеть. Первый раз она меня увидела на площади Красных гилотов, о чем я, впрочем, даже не подозревал. Когда я сам увидел Янианну впервые, это происходило в императорском дворце, при моем представлении. И в этом промежутке она меня видела еще один раз. Время от времени она задавала вопрос — где и когда? — чтобы затем выслушивать мои предположения. Причем такое бывало чуть ли не ежегодно и превратилось в своего рода игру, от которой она почему-то получала удовольствие.