– Конечно, это мой перерыв на чашку кофе.

– Ник Эндрос.

Пол ответил без запинки:

– Эта фамилия – в моем красном списке.

– Да? – Ллойд соображал со всей доступной ему скоростью, но определенно не слишком быстро. Он понятия не имел о «красном списке» Пола. – Кто назвал тебе ее?

– А как ты думаешь? – раздраженно ответил Пол. – Тот же, кто назвал мне и все остальные фамилии красного списка.

– Ага. Понятно. – Ллойд попрощался и положил трубку на рычаг. Разговор о пустяках при таком качестве связи не представлялся возможным, да и времени на него, судя по всему, не было.

Красный список.

Фамилии, которые Флэгг назвал только Полу и, вероятно, больше никому, хотя Пол не сомневался, что Ллойду они тоже известны. Красный список, и что это означает? Красное означает запрет.

Красное означает опасность.

Ллойд вновь взялся за трубку.

– Оператор.

– Опять Ллойд, Ширли.

– Что, Ллойд, ты…

– Ширли, некогда болтать. Дело, возможно, очень важное.

– Хорошо, Ллойд! – Игривость мгновенно ушла из ее голоса. Дело есть дело.

– Кто сейчас дежурит в службе безопасности?

– Барри Доргэн.

– Соедини меня с ним. И я тебе не звонил.

– Да, Ллойд. – В голосе Ширли слышался страх. Ллойд тоже боялся, но в нем нарастало радостное волнение.

Через секунду раздался голос Доргэна. Ллойд этому порадовался, потому что знал, что Доргэн – хороший парень. Слишком многие из тех, кого тянуло в полицию, очень напоминали Тычка Фримана.

– Я хочу, чтобы ты привел ко мне одного человека. Возьми его живым. Он мне нужен живым, даже если ты и потеряешь людей. Его зовут Том Каллен, и ты скорее всего застанешь его дома. Приведи его в «Гранд». – Он продиктовал Барри адрес Тома, потом заставил повторить.

– Насколько это важно, Ллойд?

– Очень важно. Сделай все правильно, и тот, кто выше меня, будет тобой очень доволен.

– Ладно. – Барри положил трубку, и Ллойд последовал его примеру, уверенный, что на другом конце провода поняли подтекст: Облажаешься, и кое-кто очень сильно на тебя рассердится.

Барри позвонил часом позже, чтобы сказать, что Том Каллен, судя по всему, смылся.

– Но он слабоумный, – продолжил Барри. – Не может вести не только автомобиль, но и мотороллер. Если он направился на восток, то еще не добрался и до Сухого озера. Мы сможем его перехватить, Ллойд, я знаю, что сможем. Дай мне зеленый свет. – Барри почти пускал слюни. Во всем Вегасе только четыре или пять человек знали о шпионах, и Барри входил в их число, поэтому он читал мысли Ллойда.

– Дай подумать, – ответил Ллойд и положил трубку, отсекая протесты Барри. Голова у него теперь работала куда лучше, чем до эпидемии – тогда он и представить себе не мог, что она может настолько хорошо работать, – но Ллойд понимал, что принимать подобное решение должен не он. Тревожил его и красный список. Как вышло, что ему ничего не сказали?

Впервые после встречи с Флэггом в Финиксе у Ллойда возникло неприятное ощущение, что позиция его уязвима. Секреты оставались секретами. Возможно, им бы еще удалось перехватить Каллена: Карл Хок и Билл Джеймисон умели водить армейские вертолеты, которые базировались в Спрингсе, и при необходимости они могли перекрыть все дороги, ведущие из Невады на восток. Опять же этот парень не был ни Джеком Потрошителем, ни Доктором Осьминогом [208] . Они имели дело со слабоумным, пустившимся в бега. Если бы он знал об этом Эндросе до того, как к нему пришла Джули Лори, они бы, возможно, успели взять Каллена в его квартире на севере Вегаса.

Где-то внутри открылась дверца, и из нее подул холодный ветерок страха. Флэгг дал маху. И Флэгг, как выясняется, доверял Ллойду Хенриду не во всем. А это было о-о-очень плохо.

Тем не менее Флэггу следовало доложить о происходящем. Сам Ллойд не хотел начинать новую охоту на человека. Особенно после случившегося с Судьей. Он уже поднялся, чтобы подойти к местным телефонам, когда увидел направляющегося к нему Уитни Хоргэна.

– Позвонил главный, Ллойд. Ты ему нужен.

– Хорошо. – Ллойд удивился спокойствию собственного голоса: страх внутри зашкаливал. Но прежде всего следовало помнить, что он давно бы умер от голода в тюрьме Финикса, если бы не Флэгг. И не имело смысла себя обманывать: он с потрохами принадлежал темному человеку.

Я же не могу выполнять свою работу, если он скрывает информацию, думал Ллойд, направляясь к лифтам. Нажал кнопку пентхауса, и кабина плавно пошла вверх. И вот что еще не отпускало его, сидело занозой: Флэгг не знал. Третий шпион жил среди них, а Флэгг не знал.

– Заходи, Ллойд. – Флэгг лениво улыбался, закутанный в сине-белый клетчатый банный халат.

Ллойд вошел. Кондиционер работал на полную мощность, и он словно попал в Гренландию. Но при этом, проходя мимо Флэгга, почувствовал идущий от него жар. Будто в комнате также работал маленький, но очень мощный нагреватель.

В углу, на длинном белом шезлонге, сидела женщина, которая этим утром пришла с Флэггом. С аккуратно подколотыми волосами, в платье-рубашке, с апатичным, ничего не выражающим лицом, и от взгляда на нее по спине Ллойда побежали мурашки. Когда-то давно, еще подростками, он и его друзья украли на стройке несколько шашек динамита, подожгли фитили и бросили в озеро Гаррисон, где те и взорвались. Потом по поверхности плавала дохлая рыба, и в ее глазах читалось такое же безразличие.

– Я хочу познакомить тебя с Надин Кросс, – раздался у него за спиной голос Флэгга, и он подпрыгнул от неожиданности. – Моей женой.