— Встань и дерись, черт тебя побери! — зарычал ликан.

Вампир позволил себе холодную улыбку.

— Где она?

— В аду… где будешь и ты, когда я до тебя доберусь, вамп! — прорычал ликан, бросаясь на него в третий раз.

На сей раз, Константин не сделал попытки увернуться. Сконцентрировавшись, он принял на себя всю тяжесть удара, вцепившись своими когтистыми пальцами в горло противника.

— Скажи мне, что ты не сделал ничего глупого, ликан, — рассердился он. — Твоя способность быстро исцеляться означает лишь то, что я могу мучить тебя бесконечно, прежде чем прикончу.

Томми закашлялся, сплевывая кровь, цепляясь за руки, которые сжали его горло, пока не начал чувствовать, что глаза вылезают из орбит.

— У меня ее нет, будь ты проклят!

Константин немного ослабил захват.

— У кого она? — спросил он сквозь зубы.

— У Люка Серого Волка!

— Где мне его найти?

— Я не могу помочь тебе с этим.

— Какая жалость. — Он отпустил Томми и с выражением отвращения, стряхнув кровь со своей одежды. — Мне никогда не нравилась кровь ликанов. Слишком отвратительна.

Тот зарычал от ярости и прыгнул на него, но Константин был к этому готов. Он, как и раньше, отпрыгнул в сторону, нацелившись на горло, и разорвал его яремную вену. Кровь хлынула из зверя красным фонтаном.

Схватившись за горло, ликан упал на колени.

— Что ему от нее нужно? — холодно спросил Константин.

Томми удалось поднять голову и искоса взглянуть на него.

— Есть два варианта… последний не в счет. По всей вероятности, трахать от заката до рассвета.

— Грубо, — сказал Константин холодно. — Я всегда терпеть не мог этого в ликанах.

— Думаю, ты собираешься убить меня медленно, — прохрипел Томми.

— Вот с размышлениями и проблема, так как вы, животные, к этому непривычны. По правде говоря, мне действительно плевать… как долго ты умираешь.

Повернувшись к двери, он изучал ликанов, которые собрались по ту сторону, удерживаемые созданной им силой.

— Я полагаю, что это не единственный выход наружу, — спокойно сказал он, а затем подошел к окну и выпрыгнул, приземлившись снаружи.

Он все еще был в ярости, когда добрался до клуба. Увидев выражение его лица, Стивен отступил назад.

— Она у ликанов. Отправь всех прочесать город и узнать, где ее держит Люк Серый Волк.

Дойдя до лестницы, ведущей в логово, Константин остановился и повернулся, снова взглянув на своих подчиненных.

— Будьте уверены, что полетят головы, если вы, в короткие сроки, не добудете мне эту информацию.

Как только он вошел в свою комнату, то с необычной жестокостью избавился от одежды, разбрасывая клочки по пути в ванную. Картины, преследовавшие его, не заглушила даже льющаяся вода. С открытыми или закрытыми глазами, он видел бедра Томми, раскачивающиеся на женщине, растянувшейся поперек кровати, за исключением того, что это были не Томми и безликая женщина. А Люк Серый Волк и его Бронвин.

Сжав руки в кулаки, он так сильно ударил ими о стену душа, что проломил толстые мраморные плиты.

— Она моя! Я буду отрывать ему конечность за гребаной конечностью, если он коснется ее, — ревел мужчина.

Этот всплеск эмоций притупил его ярость, но ненамного. Выключив воду, он схватил свой халат с крючка у двери и натянул на плечи, и, не потрудившись вытереться, вернулся в спальню, чтобы подумать.

Убив Томи Две Лошади, он, возможно, начал войну между вампирами и ликанами, но ему было все равно. Зверь касался ее! Он заслуживал смерти!

Она моя! И плевать на то, что сказала старая ведьма!

Тем не менее, как бы это ни было ей приятно, Бронвин понимала, что все же находится в плену. Девушка не сомневалась, что потеряла из-за этого работу, и пусть та была не такая уж и замечательная, но ей с трудом удалось получить и ее. Потребовался почти месяц поисков, прежде чем она вообще отыскала хоть что-то.

Женщина не винила Люка. Когда Бронвин попала сюда, то находилась не в том состоянии, чтобы в действительности понять, что же произошло. Девушка была избита, потрясена и смущена, и на протяжении нескольких дней в основном спала, а если и чувствовала что-либо кроме страха, так только благодарность за то, что жива. Она не боялась Люка и его братьев по стае, или, по крайней мере, не думала, что они представляют для нее угрозу. Но опять же, в те минуты действительно верила, что ситуация носит лишь временный характер. Ей причинили боль, возможно чуть не убили, а Люк забрал с собой в попытке спасти. Конечно, он знал о метке и пророчестве, но казалось, не это заставило его помочь — не тогда — и в любом случае девушка никак не ожидала, что знак сделает ее мишенью.

Нана, конечно же, предупредила бы ее, если бы предвидела что-то подобное. Ну вот, теперь она еще больше запуталась. Бронвин никогда не думала, что существуют такие создания, как вампиры и ликаны, хотя, теперь ей снились кошмары о той ночи на кладбище. И может быть, именно поэтому она стала чувствовать себя пленником, а не гостьей? Изменилось чувство угрозы? Возможно, ей просто не хотелось принимать происходящее? И не то, чтобы она росла, не веря в необъяснимые вещи, которые большинство людей считали невежеством и суеверием. Правда, лишь немногие, повстречав ее бабушку, оставались столь же упертыми.