— Произошло кое-что странное.

Девушка не ответила и прошла мимо. Держась от нее на небольшом расстоянии, он поехал рядом и продолжил:

— Я попытался вернуться к окружному шоссе номер какой-там-вообще-номер, но не смог. Есть идеи, что все это значит?

И вновь молчание. Грэф в очередной раз позволил ей пройти дальше и снова подъехал ближе. — Ты можешь сесть в машину или остаться на улице вместе с тем нечто, разрушившим заправку.

Она горько усмехнулась, не переставая идти.

— Тебе было плевать, когда ты бросил меня тут, думая, что сможешь убраться отсюда подальше и больше меня не видеть.

— Ну, да, — ответил он, подъезжая поближе. — Но только потому, что действительно собирался убраться отсюда подальше и больше никогда тебя не видеть… Почему план не сработал?

— Да ты настоящий джентльмен, — она покачала головой, продолжая идти. — Ты не можешь уехать, потому что Оноудерживает нас.

— " Оно"? — девчонка произнесла это слово как имя. С таким видом, словно все, что она сказала, было очевидным, и только Грэф был не в курсе. — Что ты имеешь в виду под " Оно"?

Девушка досадливо наморщила носик, словно когда-то давно проиграла битву и теперь не любила говорить об этом. С чем бы ни были связаны эти горькие воспоминания, ее голос стал чуть менее резким.

— Не знаю. Никто не знает.

— Так ты имеешь ввиду, что я… — нога соскользнула с педали газа, и автомобиль стал двигаться рывками. Грэф переключился на нейтралку. — Черт побери, сядь в машину! Это смешно.

К его удивлению, она обошла машину спереди и открыла дверь у пассажирского сидения.

— Собираешься подбросить меня домой или выкинуть на дороге чуть подальше?

Грэф проигнорировал вопрос.

— Ты сказала, что мне здесь понравится. У остальных те же проблемы, да?

— Нет. Ты первый, — это не было сарказмом. Она забралась на сидение и, подобрав длинные ноги, закрыла дверь. — Я и остальные заперты здесь, как в ловушке, но чужаки здесь никогда не останавливались.

Заперты. Да уж, звучит многообещающе.

— Никогда… То есть как долго?

— Пять лет, — она указала на грунтовую дорогу. — Поверни туда.

Грэф подчинился: находясь в замешательстве, он был способен только задавать вопросы и следовать указаниям. Совсем на него не похоже, поэтому он чувствовал себя не в своей тарелке.

— Целых пять лет никто не мог…

— Покинуть Пинанс или попасть в него. Ни отсюда, ни сюда. Ни у кого не было проблем с машиной, никто не останавливался на обочине, — она прикрыла глаза. — И ни одной скорой помощи.

— Итак, я первый человек, попавший в Пинанс, за последние пять лет? — с одной стороны дороги было невспаханное поле, а с другой находилось болото. — Что это?

— Город, — она посмотрела на него как на психа. — Небольшой, но все же город. Он был в ловушке последние пять лет. Никто не приезжал, никто не уезжал.

Это объясняло и отсутствие машин на дороге, и заброшенную заправочную станцию.

— Так что с тем " Оно", которого ты так боишься? Тем самым, что пыталось обрушить крышу здания на нас. Что это?

— Не знаю, — взгляд у девушки был отсутствующий, будто она не хотела об этом говорить. — Как и многие другие, я уже видела его раньше . Оноубивает. Не каждую ночь и не по какой-либо схеме. Некоторые встречались с ним лицом к лицу, но Оноих не тронуло, а других — зверски убило.

— Ладно, — он потер переносицу. — Но что это?

Девчонка посмотрела на него, как на идиота.

— Монстр.

В действительности Грэф не мог отрицать существование монстров. Это бессмысленно. Вампиры же существуют. Как и верфольфы. Он даже видел одного из них. Насчет зомби Грэф ничего не слышал, но это не стало бы для него сюрпризом. Ведьмы? Лучше с ними не связываться. Но бугимэн с легкостью обрушивший крышу заправки прямо ему на голову? Не то, чтобы он не мог существовать, но верилось с трудом.

— Монстр?

Девушка кивнула, по-прежнему поглядывая на него, как на "диковинку".

— Ну да. Ты же всерьез не думал, что это мог быть торнадо? Линии электропередач не тронуты. Нам удалось сбежать. На твоей машине нет ни единой царапинки.

— Вообще-то думал, — пробормотал Грэф, не собираясь признаваться, что знал о торнадо только по одноименному фильму. — Итак, о каком именно монстре мы говорим?

— Как-то не удалось поинтересоваться, пока Ономеня преследовало, — она резко выдохнула и подняла руку, откидывая волосы назад. Девушка до сих пор дрожала, напоминая Грэфу о старом выражении: «трясется, как осиновый лист». От нее больше не несло страхом, теперь в ее крови бурлил адреналин. — Просто монстр, больше никак не опишешь. Когда Оностало нападать на людей, многие решили, что это какой-то мутант, вроде гигантского опоссума, но…