– Терпение. Операция продлится еще какое-то время. Впереди у нас много сражений, так что вы будете довольны. Позвольте доложить вам о том, что я узнал со времени нашей последней встречи. Темучин объединил большинство племен равнины. Он очень умный человек и прирожденный вождь, поэтому он постоянно воюет. Одна из главных заповедей любого полководца гласит, что армия должна все время находиться в действии, иначе она начнет разлагаться. Как только Темучин покончил с первой экспедицией, он нашел два племени, с которыми враждовало большинство кочевников, и уничтожил их. Полагаю, что он собирается повторять подобные акции. Сложилась ситуация, при которой можно быть или с ним, или против него, но нельзя оставаться нейтральным. Немногие вожди, попытавшиеся выступить против нового режима, нашли такую страшную смерть, что больше никто и не помышляет оспаривать его власть в союзе племен.

Керк покачал головой.

– Если он объединил всех, то что мы можем сделать?

– Убить его, – предложила Мета.

– Посмотрите, что делает с женщиной пребывание в варварской среде, – сокрушенно вздохнул Язон. – Впрочем, я тоже думал об этом. В таком случае союз, конечно, развалится, но мы ничего не выиграем. При первой же попытке заложить шахту мы получим себе на беду нового вождя, и нападения возобновятся. Я предлагаю поступить иначе. Ты, Керк, не совсем прав: он объединил не все племена, а только сильнейшие из них. По равнине кочует немало мелких племен, о которых он не считает нужным беспокоиться. Но в горах севера живут племена, принадлежащие к клану Ласки, которые издавна гордятся своей независимостью. Они часто воюют друг с другом, но выступают вместе против любой внешней угрозы. Сейчас такая угроза – Темучин. Вот наш единственный шанс!

– Что ты имеешь в виду? – спросил Рес.

– Темучин наверняка развяжет войну против Ласок. Мы присоединимся к нему и будем ему помогать. Пирряне будут отлично сражаться и покроют себя славой, а я позабочусь, чтобы Темучин совершил побольше ошибок. В результате, вернувшись с войны, Керк займет место Темучина; это жестокое общество – здесь никто не помнит прежних заслуг. В этой операции примут участие все, кроме Реса.

– А я что буду делать? – удивленно спросил Рес.

– Ты будешь выполнять часть нашего плана. Мы не обращали внимания на земли под обрывом, однако там довольно развита земледельческая культура. Темучин спускался туда с отрядом в поисках пороха, я думаю, он хочет использовать его против горных племен. Я помогал Темучину в его поисках и все время держал глаза широко открытыми. Кроме пороха, там есть кремневые ружья, артиллерия, мундиры и мешки с мукой. Это очевидные доказательства.

– Доказательства чего? – Керк был раздражен. Он предпочитал иметь дело с простыми умозаключениями.

– По-моему, и так ясно. Доказательства существования довольно высокой культуры. Центральное правительство, налоги, литье, ткачество…

– Как ты узнал все это? – поинтересовалась Мета.

– Я расскажу тебе ночью, дорогая, когда мы будем одни, сейчас это прозвучало бы как хвастовство. Тем не менее я знаю, что мои заключения верны. Там внизу есть поднимающийся средний класс, и держу пари, что это банкиры и торговцы. Рес станет одним из них. Посмотрите, вот ключ к успеху. – Он достал из сумки металлический кружок и подбросил его на ладони.

– Что это? – спросил Рес.

– Деньги. Монета нижнего государства. Это ось, на которой вращается торговый мир. Мы исследуем сплав и изготовим партию точно таких же. Ты возьмешь их с собой, откроешь лавку и приготовишься к следующему этапу.

Рес с сомнением посмотрел на монету.

– А теперь по правилам игры в вопросы и ответы я должен спросить, в чем заключается следующий этап?

– Верно. Ты быстро схватываешь суть, и, кажется, ты единственный, кто внимательно слушает, когда я говорю.

– Ты слишком много говоришь, – заметила Мета.

– Согласен. Но это единственный мой недостаток. Следующий этап заключается в том, что объединенные под властью Керка племена приветливо встретят Реса, когда он приплывет сюда с товарами. Континент делится на две части неприступным обрывом, но никто не убедит меня, что на севере нет места, где может пристать судно. Я уверен, что в прошлом здесь пролегали морские дороги. Сейчас кочевникам эти пути неизвестны, а жители низин, несомненно, корабли имеют, но их ничто не привлекает в этих суровых землях. Скорее наоборот. Мы это досадное недоразумение исправим. Торговля быстро изменит нравы кочевников, и на равнинах наступит новая эра. За несколько поношенных шкур варвары смогут получить все блага цивилизации и будут очень довольны. Может быть, им понравится ром, табак или стеклянные бусы… И тогда отомрут их табу. Вначале мы построим причал на берегу, где будет происходить торговля, затем – несколько навесов, чтобы защитить товары от дождя и снега. Дальше больше. Мы возведем постоянный поселок и торговый центр – и именно на том месте, где должна быть шахта. Следующий шаг очевиден.

Споров было много, но только по отдельным деталям. В целом против плана Язона никто не возражал – план был простым, вполне выполнимым и точно указывал каждому, чем следует заниматься. Недовольна осталась только Мета, которой уже надоело доить коз и таскать навоз, но, как истинная пиррянка, она молчала.

Собрание закончилось очень поздно; Гриф уже уснул. Атомный нагреватель выключили и спрятали, но в камаче сохранялось приятное тепло. Язон опустился на шкуры и утомленно вздохнул. Мета легла рядом и положила подбородок ему на грудь.

– Что будет, когда мы победим? – спросила она.

– Не знаю, – устало сказал Язон. – Еще не думал об этом. Сначала нужно победить.

– А я думала. Для пиррян это будет означать конец борьбы. Мы останемся здесь и построим новый город. А что будешь делать ты?

– Я как-то не задумывался над этим, – ответил он, прижимая ее к себе.

– А я решила, что меня это устроит. Думаю, я найду чем заполнить свою жизнь. Ты заметил, что у кочевников женщины сами заботятся о своих детях? Наверное, это очень приятно…